Сатир и нимфа, или Похождения Трифона Ивановича и Акулины Степановны

Через несколько времени Акулина положила на свечную выручку гривенник и сказала церковному старосте:

– Две свечки поставьте: одну празднику, а другую мученику Трифону.

Трифон Иванович стоял, молился и подпевал хриплым басом за певчими. Акулина прислушивалась и наконец шепнула ему:

– Как это вы чудесно все знаете, что петь нужно. Словно дьячок.

Он промолчал. Через минуту она опять шепнула ему:

– Надела браслетку, да боюсь, как бы не потерять ее.

Он опять промолчал. Через несколько времени Акулина снова прошептала:

– Ужасти как жарко! Снять бы шубу, да положить-то некуда.

Снова молчание. Акулина в четвертый раз шепнула:

– Надела турнур этот самый, по-дамски, да с непривычки-то как-то неловко.

Трифон Иванович поморщился и отошел от свечной выручки. Акулина последовала за ним. Он обернулся и сказал:

– Куда ж ты?

– Голубчик! Дайте постоять с вами, – умоляюще вскинула она на него глаза.

– Ты вот что… Ты стоять стой, но разговорами не занимайся. Ты нешто затем в церковь пришла, чтобы разговорами заниматься?

– Не буду, не буду, голубчик.

Обедня кончилась. Трифон Иванович стал выходить из церкви. Акулина была около и шла рядом. Трифону Ивановичу попадались знакомые, здоровались с ним и поздравляли с праздником. Трифон Иванович раскланивался и благодарил. Акулина тоже кланялась знакомым Трифона Ивановича. Какой-то повстречавшийся знакомый купец сказал ему:

– Будешь ли дома сегодня? Коли дома, так зайду Христа прославить и рюмочку выпить.

– Только у сестры замужней надо побывать, а то дома, – отвечал Трифон Иванович.

– Ну, там я зайду.

– Милости просим, – промолвила Акулина и поклонилась.

Знакомый купец, зная Трифона Ивановича за старого вдовца, покосился на Акулину и отошел. Трифон Иванович вспылил и накинулся на Акулину.

– Ты-то чего лезешь! Ты-то чего суешься и приглашаешь! – крикнул он.

– А то как же, – отвечала она. – Ведь я ключница у вас, на манер хозяйки.

– Так ты и держи себя в аккурате, как ключница, а тени-то не наводи.

– Какая же тут тень, полноте… Просто пригласила от чистого сердца.

Они пришли домой и стали взбираться по лестнице.

– Или ты иди вперед, или я пойду вперед. Ну что по пятам-то друг за дружкой ходить! – огрызнулся на Акулину Трифон Иванович.

– Голубчик, мне с вами хочется.

– Да ты уж хоть дома тень-то не наводи.

– Эво чего хватились! Дома и так все знают.

– Не пойду я с тобой. Я и с женой никогда не ходил вместе.