Метро 2033: Кошки-мышки

Это тоже было удивительно. Она не привыкла к такому.

— Живут мутанты, — невозмутимо продолжила она за него, — и что я — одна из них. Я вовсе не обижаюсь. Но я действительно не знаю, где я родилась. Моя мать умерла, когда я была маленькой. Я росла у чужих людей на Динамо.

Она специально продумала легенду заранее, выбрала оживленную станцию, где легче затеряться. В подземных швейных цехах Динамо, снабжавших чуть ли не все метро кожаными куртками, трудилось множество женщин. Проверить ее слова было практически невозможно.

— Если бы ты сама не сказала, никогда бы не подумал, — сказал Сергей.

Верно. Она могла бы им и не говорить ничего. Но если бы не умение видеть в темноте, ее услуги ценились бы куда дешевле. Наниматели чаще все-таки предпочитали проводников-мужчин, и нужен был какой-то козырь, чтобы соперничать с ними.

— А другие…отличия у тебя есть? — спросил Сергей. Видно было, что он искал слово, чтобы не обидеть, и это ее чуть не растрогало. Но она не собиралась рассказывать ему об остальных своих приметах.

Он мог где-то что-то слышать, и тогда она будет в смертельной опасности. А поговорить почему-то хотелось — как же давно она ни с кем не разговаривала просто так, без подначек, без опаски. Она даже не думала, что ей это нужно, — до нынешнего вечера.

«Осторожнее, — сказала она себе. — Расслабляться нельзя. Вокруг враги. Все люди — враги, и даже самые хорошие — не исключение».

Сергей ждал ответа, и она покачала головой.

— Тогда тебя и мутанткой считать почти нельзя, — заметил он.

Она нахмурилась. Опять это «почти», сводящее на нет все его добрые намерения. Почти человек. Но все-таки не совсем…

Он заметил недовольное выражение ее лица.

— Ты просто не представляешь, какие бывают отклонения, чего я насмотрелся за эти годы, — сказал он. — Поверь, по сравнению с остальными ты практически нормальна.

— Все равно такие, как ты, сторонятся таких, как я, — упрямо сказала она.

Он пожал плечами:

— У жены моего знакомого было по шесть пальцев на руках.

— А почему «было»? — тут же насторожилась она.

— Потому что ее больше нет, — неохотно ответил он. — Она умерла молодой.

— Как она умерла?

— Я не хочу сейчас об этом. Это не так уж важно, — произнес Сергей, отводя глаза. «Тут какая-то тайна, — сообразила она, — но понятно, что больше он сейчас ничего не скажет».

— Просто это я к тому, — снова начал Сергей, — что мутанты мутантам рознь. Бывают такие, у которых уже мозг поражен — вот это действительно тяжело.