Хроника объявленной смерти. О любви и прочих бесах. Вспоминая моих несчастных шлюшек

Дом стоял на вершине холма, овеваемый всеми ветрами, и с террасы его открывался вид на рай бескрайних заливных лугов, расцвеченных лиловыми анемонами; в ясные летние дни отсюда можно было разглядеть на горизонте нежную линию Карибского моря и трансатлантические лайнеры с туристами из Картахены де лас Индиас[5 - Главный город департамента Боливар на севере Колумбии, крупный порт.]. В ту же ночь Байярдо Сан Роман отправился в Светский клуб и сел за столик к вдовцу Ксиусу сыграть партию в домино.

– Послушай, вдовец, – сказал он ему, – я покупаю у тебя дом.

– Дом не продается, – ответил вдовец.

– Покупаю со всем, что в нем имеется.

Вдовец Ксиус со старомодной учтивостью пояснил, что все вещи в доме были куплены его супругой за их долгую, полную лишений жизнь, и для него эти предметы остаются как бы напоминанием о ней. «Он говорил так, будто сердце держал на открытой ладони, – сказал мне доктор Дионисио Игуаран, игравший с ними в домино. – Я был уверен, что Ксиус предпочтет умереть, чем продать дом, где он был счастлив более 30 лет».

– Хорошо, – сказал он. – Тогда продай мне дом пустым.

Вдовец Ксиус упорствовал до конца партии. Спустя три

дня вечером Байярдо Сан Роман, настроенный еще более решительно, вновь сел за столик с домино.

– Вдовец, – обратился он опять, – сколько стоит дом?

– У него нет цены.

– Назови любую.

– Мне жаль, Байярдо, – сказал вдовец, – но вы, молодые, не понимаете сердечных мотивов.

Байярдо Сан Роман не размышлял и секунды.

– Положим, пять тысяч песо, – сказал он.

– Играй честно, – ответил ему с возмущенным достоинством вдовец. – Дом не стоит таких денег.

– Десять тысяч, – произнес Байярдо Сан Роман. – И я тебе выложу их сейчас же, банкноту за банкнотой.

Вдовец посмотрел на него глазами, полными слез. «Он плакал от ярости, – сказал мне доктор Дионисио Игуаран, который был не только врач, но еще и писатель. – Представь себе, такая сумма – только руку протяни, а приходится отвечать «нет» в силу сентиментальных мотивов».

– Тогда сделай мне последнее одолжение, – сказал Байярдо Сан Роман. – Подожди меня здесь пять минут.

Пять минут спустя он действительно вернулся в Светский клуб с кожаной сумой, украшенной серебром, и выложил на стол десять пачек купюрами по тысяче песо, еще перевязанные бумажными лентами с печатями Государственного банка.