Монтенегро

«Я живу с мужчиной, но он слаб, и получается, что я тащу не только свои проблемы, но и его – зачем мне это нужно?»

«Все мужики – козлы, они все изменяют, и ни один не способен хранить верность – зачем мне рвать сердце из-за очередного козла?»

«Я должна заставить мужчину делать так, как я хочу; раз он есть, буду извлекать из него пользу для себя».

Так по-разному проговариваются одни и те же ситуации, одни и те же страхи женщин, которые завоевали много прав в этом мире. Мотиваторы и агитационные странички соцсетей, сообщества одиноких матерей и женщин, переживших развод, армия одиночек, выбравших бизнес, чайлдфри и однополую любовь, – всё это счастливые… женщины?

Которые… свободны и радостны?

Женщины, которые… ничего не боятся?

У которых… светло и комфортно на душе?

О нет.

Совсем не так, как хотелось бы…

Самый главный, основной страх – страх любви.

Это не страх быть нелюбимой, это не страх жить в НЕлюбви.

Нечто гораздо большее и глубокое.

Это страх не выдержать любви, ибо, чтобы выдержать любовь, надо её глубоко впустить в себя, а для этого надо слишком многое открыть и обнажить, слишком во многом довериться, слишком искренне стать чувственной, чувствительной и чувствующей женщиной.

Жаждущей ласки и поддержки, нуждающейся в своей половинке – и одновременно словно открытой для удара. И кажется женщине, что, если существует эта открытость, – значит, может быть и удар.

Могут сделать больно, могут унизить, могут задеть за живое, внутреннее, самое-самое…

И женщина сильная не может себе это позволить.

Обрастает доспехами сильная женщина и берёт в руки меч. И вот богиня Афина готова! Афродита превратилась в Афину…

И, уйдя от сути своей, уйдя от женской истинности в силу, она не может понять того, что удар может быть только тогда, когда есть препятствие, сопротивление, вызов в ней самой. Ожидая удара, защищаясь от него, она создаёт условия для его появления, она призывает его.

А сила и есть такой вызов. Доспехи и меч – это вызов. И появляется мужчина-воин, чтобы бороться с ней и победить.

Или паж. Или подкаблучник. Или альфонс, дающий ей только свой член.

Женщина, прошедшая все витки ада, победившая невозможное за право встать наравне с мужчиной – но тем самым не взошедшая на самый верх, а, наоборот, спустившаяся с пьедестала, на который она была вознесена изначально, женщина, на нежные руки и плечи которой возложено так много… Она не может себе позволить истинного обнажения, истинной наготы своей сущности.