Исповедь. Сюрприз для вампира

Я начала возмущаться его поведением и замерла, успев вовремя прикусить свой несдержанный на высказывания язык. В кои то веки я сначала подумала, а потом уже раскрыла рот. Мой врач смотрел на меня с профессиональной гордостью:

– Я вижу, Анна, Ваше самочувствие улучшилось. Эмоции вернулись?

– Еще как вернулись. Давно я так не взрывалась. С пол пинка.

– ?

– Ну, как бы это Вам объяснить? С места в карьер, если сравнить с лошадью.

– Не знаю, что такое лошадь, но я понял о чем Вы, – ответил он мне. И спросил:

– Посетителей пускать или пусть еще часик подождут за дверями?

Я чуть не подавилась воздухом от возмущения:

– Конечно же, пускать!

Потом представила, как я выгляжу.

И тут же замотала головой.

– Нет, не пускать. Сначала я приведу себя в божеский вид! – паника накатывала волной. – Мне ведь уже можно встать с постели? – спросила жалобно у эльфа.

Эльф разрешил, приглашающим жестом указав на дверь в ванную. Брэкси помогла мне подняться и дойти до ванной. Пока я разоблачалась, она шустро наладила мне пенную ванну.

Помогла опуститься. И я вновь ощутила себя в нирване. Жаль, нельзя продлить это ощущение на всю жизнь.

Вскоре я была готова к встрече и разговору с хозяевами.

Глава 8. Разговор начистоту

Я решила выйти к вампирам сама, а не принимать их в своей комнате. Этикет, с одной стороны, соблюла. С другой стороны, в спальне и присесть-то всем желающим просто-напросто негде. Хватит того, что приперли столик для дипломата врача.

Картина, что открылась моим глазам в гостиной, что называется, заинтриговала.

Адриан мерил комнату шагами, рассекая ее по диагонали и постоянно натыкаясь на мебель. Элайна смотрела отрешенно в сад за окном. Товиас наблюдал то за женой, то за ее братом. Он и заметил меня первым.

– Анна? Тебе разрешили вставать? Или ты сама сбежала? – спросил он строго.

Услышав его слова, Адриан резко развернулся к дверям и кинулся мне навстречу. В очередной раз споткнувшись о кресло, он чуть не упал. Почему-то меня это резко насмешило.

Я рассмеялась во всю силу своих легких. И никак не могла остановиться. Все смеялась и смеялась, до слез.

Со слезами и смехом уходили тревога, печаль, сомнения. Адриан держал меня в своих объятиях и терпеливо ждал, пока я успокоюсь. Наконец, я смогла остановить свою истерику и спросила:

– Что вы тут с такими лицами сидите? Или кто-то умер? Тогда простите за смех.

Меня хором уверили, что все в порядке. Говорили вампиры все вместе, одновременно, но каждый свое.