На берегу Рио-Пьедра села я и заплакала

– Идем, – сказал он и пошел еще быстрей.

Но было уже поздно. Между нами, как из-под земли, выросла фигура мужчины, вымокшего с головы до ног.

– Постойте! – повторил этот человек. – Одну минутку! Ради бога!

В страхе я хотела кинуться прочь, взмолилась, чтобы каким-то чудом рядом с нами взвизгнули тормоза патрульной машины. Бессознательно я вцепилась в него, но он отвел мои руки.

– Умоляю вас, – проговорил незнакомец. – Я узнал, что вы здесь. Помогите мне, ради бога! Речь идет о моем сыне!

Он заплакал и упал на колени, повторяя:

– Умоляю вас! Умоляю!

Мой друг глубоко вздохнул, опустил голову, закрыл глаза.

– Иди в отель, Пилар, – произнес наконец мой друг. – Ложись спать. Я вернусь только под утро.

4

Понедельник, 6 декабря 1993 г.

Любовь – это сплошные ловушки и капканы. Когда она хочет дать знать о себе, то показывает лишь свой свет, а порождаемые им тени – скрывает и прячет.

– Погляди вокруг, – сказал он. – Давай припадем к земле, послушаем, как бьется ее сердце.

– Не сейчас, – отвечала я. – Я не могу пачкать свой жакет: он у меня один.

Мы ехали по холмам, поросшим оливами. После вчерашнего дождя в Бильбао солнечное утро казалось сном. У меня не было темных очков – я вообще ничего с собой не захватила, потому что собиралась в тот же день вернуться в Сарагосу. Спать мне пришлось в одолженной у него рубашке, а в угловом магазинчике рядом с нашим отелем я купила себе майку, чтобы было во что переодеться, покуда сохла постиранная – та, в которой я ходила накануне.

– Тебе, наверно, надоело видеть меня в одном и том же, – шутя сказала я, желая, чтобы этот обыденный разговор вернул меня к действительности.

– Я счастлив тем, что ты – здесь.

С той самой минуты, как он вернул мне ладанку, он больше не говорит мне о любви, но радостен, весел и ведет себя как восемнадцатилетний юнец.

– Какие у тебя там дела? – спросила я, показывая на закрывавшие горизонт отроги Пиренеев.

– По ту сторону гор – Франция, – с улыбкой отвечал он.

– Я учила географию в школе. Я хочу знать, зачем нам туда и что мы там будем делать.

Некоторое время он не произносил ни слова и продолжал улыбаться.

– Зачем? Затем, что я хочу показать тебе один дом. Быть может, он тебя заинтересует.