Ледяная душа

– Чтобы ты ни говорил, я вижу, как яд разливается по твоим венам, как он встраивается в твои клетки, пожирая всю человеческую сущность, – улыбка стала шире. – Стало быть, не все фероксы пали от рук жнецов. Наши короли живы!

Гончие сорвались с места словно бешеные. Помчались на Хьюго, но в последний момент Николас закрыл напарника собой. Он выставил вперёд руку, шепнул неразборчиво древнее заклинание, и собак волной откинуло в стороны.

– Я возьму вамдогов на себя! – крикнул Николас, и побежал в лес, поманив стаю за собой.

Хьюго обернулся, чтобы нацелиться на вампира, но он исчез. Маг забегал взглядом из стороны в сторону, пытаясь уловить малейшие движения. Вампир неожиданно атаковал его сверху. Хьюго парировал удар защитным заклинанием и отлетел на пару метров назад. Его рука загорелась огнём. Хьюго пригнулся, готовясь к контратаке. Упырь с невероятной скоростью нагнал его, и тот словил ладонью когтистую руку за запястье.

– Ты отвергаешь волка внутри, и это противостояние только раззадоривает меня!

Воспользовавшись моментом, упырь мощно оттолкнул Хьюго в увесистый булыжник.

– Я помогу высвободить твою сущность и буду с вожделением наблюдать, как ты загрызёшь собственного напарника.

Вампир разинул пасть, высвободил белоснежные клыки и приставил их к мягкой ткани. Невидимая масса сдерживала под собой Хьюго, не давала ему пошевелиться и вздохнуть. Всего одним лёгким нажатием острые кончики пронзили плоть и из ран выкатились капли крови. Хьюго сморщился от щипающей боли, ухватил вампира за волосы, пытаясь отодрать от шеи.

Внезапный удар магии откинул чудище в колкие иглы хвои.

– Не смей трогать моего друга!

Хьюго быстро поднялся, зажал место укуса.

– Мне это уже надоело! – рявкнул вампир. – Может быть я не чистокровный, но двух жнецов покромсаю!

– Ты слышал, Нико? Ему надоело, пора заканчивать.

Тот кивнул, вновь шепнул заклинание, образовав над вампиром защитный купол. На чистокровного это могло не сработать, но обращённые люди были не так устойчивы к магии Николаса. Вампир застыл под защитой, словно статуя. Последнее, что он видел перед смертью – вспышку яркого света.