Приключения Пиноккио

Пиноккио рассуждал так:

– Сегодня я научусь в школе читать. Тогда завтра я уже смогу писать, а послезавтра – считать. С такими знаниями я заработаю много денег и первым делом куплю красивую суконную куртку для отца. Да что это я? Тоже мне, суконную! Она будет из золота и серебра, и с бриллиантовыми пуговицами. Уж он-то это заслужил: остался в одной рубашке, чтобы купить мне азбуку! И это в такую стужу! Только родители способны на такие жертвы.

И в этот миг Пиноккио услышал музыку, играющую в отдалении. Звуки доносились с другого конца улицы, с площади, раскинувшейся на берегу моря.

«Что это за музыка? Какая жалость, что мне нужно в школу, не то…»

Пиноккио колебался, не зная, как быть. Пойти в школу? Или послушать, как поют флейты?

«Сегодня послушаю музыку, – решил он наконец. – А завтра – в школу».

Чем ближе подбегал Пиноккио, тем отчётливее становилось пение флейт и раскатистый бой большого барабана: фьюи-фьюи-фьюи, бум, бум, бум. И вот Пиноккио очутился на площади. Толпа народа сгрудилась перед деревянным балаганом, затянутым пёстро раскрашенным холстом.

– Что это такое? – спросил Пиноккио мальчика, стоявшего рядом.

– Прочитай вывеску – узнаешь.

– Я бы с радостью, но так получилось, что я не умею читать.

– Ну и олух! Ладно уж, прочитаю тебе. Вон на той вывеске с огненно-красными буквами написано: «Большой Кукольный Театр».

– А когда начинается представление?

– Прямо сейчас.

– И сколько нужно заплатить за вход?

– Пять монет.

Не помня себя от возбуждения, Пиноккио обратился к мальчику:

– Ты не одолжишь мне пять монет до завтра?

– Я бы с радостью, – ответил мальчик, – да так получилось, что сегодня я взаймы не даю.

– А может, купишь мою куртку за пять монет? – предложил Пиноккио.

– И на что мне твоя бумажная куртка? Пойдёт дождь, она размокнет, её и от спины потом не отдерёшь.

– Купи тогда башмаки.

– Ими только печку топить.

– А сколько ты дашь за колпак?

– Хорошая сделка, ничего не скажешь! Колпак из теста! Мыши его у меня прямо на голове сгрызут.

Пиноккио, конечно, мог предложить ещё кое-что, но только духу у него не хватало.

Наконец он решился:

– Не дашь ли ты мне пять монет за эту новенькую азбуку?

– Я у других детей такие вещи не покупаю, – возразил мальчик, который был куда благоразумнее, чем Пиноккио.

– Я куплю у тебя эту азбуку за пять монет, – вызвался уличный торговец, прислушивавшийся к разговору.

Так была продана азбука.