Троецарствие. Том 1

По правде сказать, для него это поражение не имело большого значения – в его распоряжении по-прежнему был бравый генерал и естественный барьер. Что же предпримет в этой ситуации объединенная армия?

9. Хитрость с красавицей

После поражения у Тигриной заставы из соображений безопасности Дун Чжо решил перенести столицу в город Чанъань. Кроме огромного числа горожан и видных сановников, город ломился от богатств – серебра да злата, – к тому же именно там находилась сияющая во мраке драгоценная жемчужина, о которой так грезил Люй Бу.

Дорогие друзья, вы еще помните почтенного сановника Ван Юня, который дал Цао Цао Семизвездный кинжал? Так вот, в этот день в доме Ван Юня проходило пиршество, приглашенные знатные сановники пили вино и наслаждались пением и танцами. Главным гостем на пире был грозный и свирепый наставник императора – Дун Чжо.

В центре помоста для танцев установили тончайший кисейный балдахин. Заиграла музыка, в бликах колышущегося огня свечей через прозрачную ткань все увидели удивительный по красоте танец прекрасной девы с мечом. Ее движения были грациозны и невесомы, а распахнутые полы ее одеяний источали изысканный аромат. Гости были так заворожены танцем, что оставили свои пиалы и неотрывно наблюдали за танцующей, всем казалось, что это сама лунная фея Чан Э сошла с небес на землю!

Танец закончился, дева приподняла тонкую завесу и грациозно изогнулась в приветствии:

– Я Дяочань, приветствую вас, наставник Дун Чжо.

«Дяочань! Оказывается, это и есть та самая Дяочань! – восхитился Дун Чжо. – Это же названая дочь Ван Юня, которая славится своей красотой и мудростью во всей Поднебесной. Правду говорят, она действительно необыкновенная!» У Дун Чжо даже слюнки потекли, но он вовремя опомнился и сказал:

– Прекрасно! Такой танец достоин награды, щедрой награды!

Дяочань села подле Дун Чжо и, наполнив его чарку, промолвила:

– Цао Цао украл драгоценный кинжал моего названого отца, чтобы убить вас, но благодаря вашей мудрости вы не стали его винить.

– Ха-ха, прекрасно сказано! – Дун Чжо одним махом осушил пиалу, не спуская глаз с красавицы.