Папа

Отец, запнувшись о порог, ввалился в квартиру.

Костя уже не раз видел эту картину, но каждый раз она приводила его в бешенство.

Отец еле стоял на ногах, пытаясь что-то объяснить самому себе заплетающимся языком. Один ботинок ему удалось снять сразу, поддев его носком другого. Второй упорно не давался. Отец, видимо, понимал: если он нагнётся развязать шнурки – упадёт. Поэтому, держась за стоявший в коридоре холодильник, пытался снять второй ботинок стоя.

Потёртая коричневая кожаная куртка, надетая поверх белоснежного халата, была чем-то вымазана.

Костя, чертыхаясь, пошёл на кухню: «Хорошо, что мама уже ушла».

Отец наконец закончил водные процедуры и с довольной улыбкой выплыл из ванной.

– Привет, сынок! – Не глядя на Костю, он устремился к плите и, гремя крышками от сковородок, стал разыскивать завтрак.

– А что, нельзя хоть иногда приходить с работы трезвым? – Вопрос не имел никакого смысла, и Костя это прекрасно понимал, но не смог промолчать – его душило раздражение.

– Что значит – хоть иногда? – отец оторвался от поисков съестного и с возмущением приготовился отстаивать свою честь. – Я, на минуточку, врач! – Он поднял вверх указательный палец. – Я сутки людей спасал, а теперь у меня заслуженный отдых.

– Врач врачу рознь. И какая связь между водкой и спасением людей? – Костя начал заводиться.

Отец, с грохотом опустив крышку сковородки, сел на табурет и приготовился к отражению новой атаки.

– Ох, ох! Ты что тут раскомандовался? Я вот сейчас позавтракаю и пойду спать. А вечером мы с тобой поговорим.

– Иди спи. Раз в жизни хотел тебя попросить отвезти меня. По делу. Но ты, естественно, опять пришёл на рогах. – Костя в сердцах махнул рукой.

Отец не нашёлся что ответить, засопел обиженно и вновь отвернулся к плите.

Костя вышел, с грохотом хлопнув дверью. Надо было готовиться к сделке.

– Ну что, каков план? – спросил Иван.

– Позвони в банк, подтверди им, что… хотя нет, давай я сам. – Костя взял из его рук телефонную трубку.

Оставались две сложности. Во-первых, друзья наскребли только две семьсот пятьдесят, а фикус продавали за три тысячи. Во-вторых, непонятно было, как везти его через весь город. Костю не смущали эти вопросы, он был уверен, что договорится о цене с продавцом. Ну а доставить фикус они смогут, даже если придётся пройти весь путь пешком.