На войне как на войне

Москва передавала какую-то тягучую симфонию, фрицы наяривали свои собачьи марши. Какой-то радист настойчиво вызывал «Юпитера».

– Юпитер, Юпитер, я Сатурн, – монотонно повторял он, – даю настройку… Раз, два, три, четыре, пять – прием…

Саня поставил стрелки на заданные волны, подцепил под горлом ларингофоны, включил передатчик и стал вызывать Пашку Теленкова.

– Липа, Липа, я Ольха. Как слышишь меня, Липа? Даю настройку. Раз, два, три… – Саня сосчитал до десяти, потом в обратном порядке до единицы и переключил рацию на прием.

«Липа» не ответила. Саня стал вызывать «Осину», то есть командира второй самоходки, младшего лейтенанта Чегничку. «Осина» тоже молчала. Малешкин решил вызвать машину комбата. Но сколько он ни кричал: «Сосна, Сосна, я Ольха!» – ему никто не ответил. Тогда Саня осмелился связаться с машиной командира полка.

«Хопер» неожиданно ответил. Связь держал лейтенант Наценко. Он приветствовал Саню и спросил, что ему надо. Саня сказал, что ему ничего не надо, а связался он с ним просто так, от скуки.

Наценко обозвал Малешкина ослом. Саня не обиделся. Другого ответа он и не ожидал от Наценки.

На днище самоходки, прижавшись друг к другу, скрючились наводчик и заряжающий. Грохотал мотор, самоходка дребезжала и звякала, а Домешек с ефрейтором Бянкиным спали. Саня сел в уголок, привалился к снарядам, завернулся в шубу и закрыл глаза. Трудно сказать, сколько он продремал – минуту, а может, и час. Разбудил его истошный голос комбата.

– Малешкин, в бога твою мать и селезенку! – кричал Беззубцев.

Саня выскочил из машины и, не понимая, за что его так поносит комбат, пролепетал:

– Я младший лейтенант Малешкин.

– Спишь? Почему в машину забрался? Где твое место? Машину мне хочешь угробить? Один угробил, теперь ты?

Отматерив Саню, комбат приказал ему сидеть на башне и внимательно следить за дорогой.

– Сейчас свалилась с моста самоходка третьей батареи, – сообщил Беззубцев.

– Как же так?

– А вот так. Такой же там сидит командир, как ты, раздолбай! Слезь и проведи машину, – приказал комбат.

Саня спрыгнул с машины и пошел вперед. Деревянный узкий мостик через крохотную речушку вынырнул перед носом. Проходя, он посмотрел вниз под мост и увидел самоходку вверх гусеницами. Около моста стоял экипаж.

– Чья машина? – спросил Саня.

– Лейтенанта Соболева, – равнодушно ответил кто-то.

«А ведь могло бы и со мной так», – подумал Саня, и его от макушки до пят передернул озноб.