Музей Невинности

Я с радостью и страданием ощутил, что любовь к Фюсун теперь у меня в крови, и принялся с видом всезнайки рассуждать о том, что через сто лет Турция, наверное, станет европейской страной и тогда наступит райская жизнь: все освободятся от предрассудков, никому не нужно будет беспокоиться о девственности или о мнении окружающих, но, пока не наступили такие времена, суждено испытывать муки любви и страсти.

– Нет-нет, – поспешно возразила моя добрая красивая невеста, взяв меня за руку. – Мехмед и Нурджихан скоро тоже будут счастливы, как мы сегодня.

Потому что мы обязательно их поженим.

– Хорошо, но что нужно для этого сделать?

– Посмотрите-ка на них? Уже уединились и сплетничают! – Перед нами внезапно возник какой-то незнакомый тип. – Позвольте мне присесть, Кемаль-бей? – Не дожидаясь моего согласия, он взял стоявший поблизости стул и подсел к нам. Тучный, на вид около сорока, в петлице красовалась белая гвоздика, и от него пахло сладким, удушающе густым ароматом женских духов.

 – Если жених с невестой будут шушукаться в углу, то для гостей пропадет все удовольствие от свадьбы.

– Это еще не свадьба, – осадил я. – Мы только помолвлены.

– Но говорят, ваша роскошная помолвка пышнее любой свадьбы, Кемаль-бей. Где вы могли бы провести ее, кроме «Хилтона»?

– Простите, с кем я говорю?

– Это вы меня простите, Кемаль-бей. Мы, журналисты, всегда уверены, что нас знают. Меня зовут Сюрейя Сабир. Вы, может быть, знакомы со мной по заметкам под псевдонимом Белая Гвоздика в газете «Акшам».

– А, так это вы? Ваши светские сплетни читает весь Стамбул, – улыбнулась Сибель. – Я думала, это женщина, вы так хорошо разбираетесь в моде, в одежде.

– Кто вас пригласил? – опрометчиво резко вырвалось у меня.

– Благодарю вас, Сибель-ханым, – продолжал Белая Гвоздика. – В Европе утонченные мужчины разбираются в моде не хуже женщин. Кемаль-бей, согласно турецким законам о средствах массовой информации у нас, журналистов, есть право присутствовать на открытых публичных мероприятиях при условии предъявления журналистского удостоверения, которое вы видите у меня в руках.

С точки зрения юриспруденции каждое мероприятие, для которого выпущено приглашение, считается открытым и публичным. Несмотря на это, я за многие годы ни разу не ходил туда, куда не был бы приглашен. На этот прекрасный вечер меня позвала ваша многоуважаемая матушка.