Три цвета времени

– Простите, Оленька, что вы делали и использовали в лечении? Её горло… хм, неужели организм переборол инфекцию? – вслух размышлял старый фельдшер.

– Нет, организму помог красный стрептоцид.

Фельдшер резко обернулся к Оле.

– Красный стрептоцид? Но где? Откуда?

– Немецкий госпиталь. После вашего ухода я отправилась туда. Эти люди… врачи, помогли нам. Они спасли мою дочь.

Фельдшер молчал. Немного подумав, он сказал:

– Оленька, ну неужели я не помог бы вам, если бы мог?

– А почему у них есть лекарства, а мы их не имеем? – не выдержала Оля.

Оля закрыла лицо руками.

– Я не осуждаю вас, – проговорил фельдшер, – но, пойти туда…

– Ну и что! – Ольга выпрямилась. – Сегодня я к ним пошла, а завтра они к нам придут. Какая разница…

– Откуда вам это известно? – удивился фельдшер.

Ольга осеклась.

– Это очевидно, мне так кажется.

– Вы что-то там заметили? Движение, сборы? – заторопился с вопросами старик.

«Ах, как неловко получилось, – подумала Оля, – ещё заподозрит меня в чём-то.»

– Нет, никакого движения я не заметила, – постаралась выправить ситуацию Ольга, но было поздно. Недоверчивый взгляд фельдшера впился в неё.

– А как же вы с ними объяснялись?

– Я знаю немецкий язык. Учила в гимназии.

– Так, так.

Фельдшер заторопился уходить.

– Всего хорошего. Я ещё навещу вас.

Дверь захлопнулась.

– Зря вы ему про немецкий госпиталь сказали, – нарушила тишину Маруся.

– Может быть, но я же правду сказала, – удивилась Оля.

– Человек он неплохой, – продолжала Маруся, – да только не умеет язык за зубами держать.

IV

Жорж и ещё несколько солдат сидели в землянке. Ели борщ. Они ещё не успели познакомиться и поднимая глаза от тарелки мельком кидали взгляд друг на друга.

Жоржа раздражало откровенное чавканье солдат и ёрзание ложкой по тарелке. «Ну и манеры, – ухмылялся он про себя.»

– Ну, а тебя как звать, – фамильярно обратился к Жоржу паренёк лет двадцати.

– Не тебя, а вас – это во-первых, – спокойно ответил Жорж.

– Ой, надо же, какие мы культурные, – прогнусавил паренёк, – да ладно тебе, то есть вам, меня звать Степан.

– Жорж.

– Значит, Жора.

– Жорж, – резко поправил он.

– А какая разница, – прозвучало из другого угла землянки.

– Я тоже не вижу никакой разницы, – подхватил чей-то голос.

«Ну, не видишь и не увидишь никогда, – зло подумал Жорж.