Только сегодня

«Витамин С в соке уравновесит “Снежок”», – поведала она, тараща на меня глаза с расширенными зрачками, как у мультяшного персонажа.

– Знаешь моего брата? – неожиданно спросила тогда Марла, схватив меня за подбородок, и так близко придвинулась, что я подумала, она хочет меня поцеловать.

– Кого?

– Генри! – проорала Марла, явно не контролируя громкость своего голоса.

– А, да, конечно. Ну, немного.

Она прижала палец сначала к своим губам, затем к моим.

– Ш-ш-ш, не говори ему про Снежка, хорошо?

В ту ночь я стойко берегла ее тайну, а с годами узнала, что о наркотических пристрастиях Марлы был прекрасно осведомлен не только Генри, но и весь Лондон.

– Приветики! – пропела она, благоговейно глядя на нас, и взяла меня за руку. – Как делишки, детишки?

Марла была всего на пару лет старше нас, но с тех пор, как стала матерью, из нее полезло ханжество тупой училки. Мои губы невольно сжались. По-видимому, я стала уже достаточно взрослой, чтобы меня называли «детишкой», но еще не доросла до того, чтобы не обращать на это внимания.

Большой палец Марлы елозил по моей руке вперед-назад, словно ужасно медленный метроном, затягивающий время пребывания в ее компании. Я метнула Дилу многозначительный взгляд.

– Ох, знаешь, – заговорил Дил, – я сокрушен сознанием того, насколько мало преуспел в этом году. Что у тебя?

Марла захихикала.

– Умеешь ты рассмешить меня, Дилан, – сказала она, отцепляя молокоотсос от груди.

– Уверен, тебе не привыкать бодрствовать ночи напролет под чмоканье юнцов, присосавшихся к твоим сиськам, – встрял Пэдди. – Так, вы двое, – обратился он к нам, – Ханна хочет, чтобы мы помогли ей подготовить танцпол.

Нас с Дилом дважды просить не пришлось. Втроем мы завальсировали между разодетых гостей, пробираясь в сад, где в специальной студии намечались танцы.

Студия представляла собой помещение высотой в два пролета с выбеленными кирпичными стенами. Повсюду стояли огромные горшки с высоченными растениями. Южная часть крыши была застекленной, поэтому создавалось двойственное ощущение – то ли это теплица, то ли цирковой шатер. К железной поперечной балке, украшенной гирляндами, были подвешены двухместные качели. Люди фотографировали друг друга, раскачиваясь на них, задирая ноги.