Трава, пробившая асфальт

Не было только кружева для оторочки, и мать решила отпороть кружево от моей старой панамки. Ткань на ней сносилась, а кружево оказалось прочным. А я из этой панамки почти не вылезала, она была удобная и на завязочках. Но, несмотря на мою любовь к ветхой панамке, мать решила сделать по-своему, и сколько я ни орала, что это моя панамка, распорола ее.

Собрав меня на улицу, вместо распоротой панамы надела на меня новенькую, только что сшитую, беленькую, аккуратненькую, на одной пуговке. Я вышла на улицу, и через три минуты со двора донесся мой рев.

Домочадцы в недоумении высыпали из дома во двор.

– Нёмка, ты чего ревешь-то? – недоумевала мать.

– Панамка-а-а! – орала я, захлебываясь рыданиями.

Все подумали, что панамку у меня кто-то отобрал, но оказалось, что едва я вышла на улицу и непроизвольно мотнула головой из-за своего заболевания, новая панама слетела с головы и оказалась в огороде.

Панаму нашли, водворили на мою голову. Однако история повторилась, ну никак не хотела панамка без завязок держаться на моей чрезмерно подвижной голове! После трех полетов с головы на землю она превратилась в грязную тряпку.

Тогда от меня, отстали, и с тех пор я гуляла без панамы.

Папа Саня

– Пап, пойдем к тете Вале, ну ты же обещал… Ну папа Саня… – через каждые пять минут назойливо напоминаю я отцу.

– Я тебе что сказал? Дочитаю книжку, и пойдем, – отвечает отец.

Мы остались дома вдвоем, остальные разошлись по делам. Отец сидит на бревнах, привезенных дедом для домашних нужд, и читает учебник – он тогда готовился на вечерние курсы.

Но, видимо, из-за моей назойливости ничего из прочитанного не может понять.

Я чуть ли ни носом водила по странице его учебника и ныла:

– Ну когда мы пойдем к тете Вале?

– Побудь тут, унесу книгу в дом, и пойдем к тете Вале, – покорился он.

Но я знала характер своего папаши, когда ему было неохота что-то делать, он готов был отвязаться от меня любым способом. Ушел в дом и не выходил. Я подождала и, когда поняла, что он меня обманывает, решила пойти к тете Вале самостоятельно.

Направилась к воротам, откинула крючок, вышла и стала раздумывать, как лучше дойти. Тетя Валя доводилась моему папе сводной сестрой (по матери), и жила в начале улицы, а наш дом стоял в середине.

Передвигаться по дороге я побоялась, понимала, если проедет машина, то мне некуда свернуть. Воль оград была протоптана тропинка, туда-то я и сиганула в ходунках и побежала.