Короткие гудки (сборник)

По тому, как Сема и Оксана переговаривались между собой, была видна близость и взаимопонимание.

Зюма обо всем догадалась, но не возражала. Если Семику ЭТО надо, пусть будет. Оксана – обслуживающий персонал, пусть обслуживает комплексно: гастрономически и сексуально. До тех пор пока Сема не женится на ровне. Не к проституткам же ему идти. Здесь все дома, все под рукой.

Но время шло. Сема не хотел жениться на ровне. Он купил Оксане одежду, для чего пришлось съездить в Италию. Они вернулись веселые и загорелые. На Оксане была шуба из рыси с капюшоном.

Из той самой рыси. Шуба короткая, попка наружу, но Сема сказал, что короткая шуба удобна в машине.

– В какой машине? – не поняла Зюма.

Оказывается, у Оксаны уже была машина и шофер, поскольку она не водила.

– У нее гуманитарные мозги, – объяснил Сема.

– У нее вообще никаких мозгов, – уточнила Зюма. – Тупня.

Оксана разговаривала с украинским акцентом, путала падежи и не любила инородцев. Семе это не мешало, а Зюма приходила в отчаяние. Жена – вывеска мужа.

А такая примитивная вывеска, как Оксана, делала Сему проще, практически обесценивала. И Зюму тоже обесценивала, поскольку Зюма входила в один комплект с Семиком.

– А если она родит? – испугалась Зюма.

– Пусть рожает, – спокойно отреагировал Семик.

– Но у нее уже есть ребенок там… в деревне.

– Будет два.

– И эти жлобские дети – наследники? – ужасалась Зюма.

– Ты же не собираешься жить вечно? – спросил Сема.

Зюма вытаращилась на брата, не понимая вопроса.

– Мы когда-нибудь умрем, дома останутся.

Мы же не заберем их на тот свет.

Боже мой… Значит, вся ее жизнь, заключенная в Семика, все их общие усилия, которые материализовались в большие деньги, а деньги – в дома, все это пойдет псу под хвост. Какой-то Оксане, чужой и чуждой, которая даже не может сказать «Европа». У нее это звучит – «Явропа».

– Я надеюсь, ты не женишься? – спросила Зюма, каменея от такой перспективы.

– Не женюсь.

– Поклянись.

– Чем?

– Моим здоровьем.

– Клянусь твоим здоровьем, – легко пообещал Сема.

Семик оказался клятвопреступником.

Оксана забеременела, что естественно. Она была молодая женщина в детородном периоде. Двадцать семь – хороший возраст для второго ребенка. Ее живот был острым, что свидетельствовало о мальчике.

Зюма увидела это остроконечное пузо, и все стало ясно. Оксана явилась в столицу на ловлю счастья и чинов. Ее мечта сбылась. Богатый Семик попался, как муха в паутину. Паучиха – молодая и сильная.