Леха. Современная повесть о настоящем человеке

«Опять же захочет закончить в первом раунде, чтоб перед друзьями и девками покрасоваться… На этом и надо ловить, “двоечками-троечками” не переиграть, клинчевать не стоит, но в разрез или на противоходе поймать можно…» – веселея, закончил теоретизировать Леха.

– Леша! Малыгин!

Алексей, практически вошедший в двери спорткомплекса, обернулся на оклик. Андрей Сергеевич Краснов собственной персоной. Первый вологодский мастер спорта СССР по боксу и руководитель школы. В распахнутой дубленке, без шапки.

– Здорово, – он протянул руку.

– Здравствуйте, – стушевавшись и замешкавшись, – сумка соскользнула с плеча, пожал тяжелую ладонь Леха.

Он, признаться и не предполагал, что «дядя Андрей» знает его имя и фамилию.

– Заехал грамоты подписать… В Москву на денек надо выскочить, – Краснов не отпускал руку Малыгина, – с Ермаковым в финале?

– Да, – выдёргивать кисть Леха не решился.

– Ну, это естественно… – вроде бы сам себе ответил Андрей Сергеевич, немного увеличив нажим, – главное, не ссы, понял?

– Да, я вроде… – начал было Малыгин, но Краснов его перебил:

– Он для себя уже турнир выиграл и в «Лукоморье» отмечает, – потянул Леху на себя, – а ты, если его чемпионом воспринимать перестанешь, свой шанс просрать не должен.

Краснов крепко тряхнул руку собеседника и, повернувшись, зашагал к «Мерседесу».

Леха озадаченно посмотрел в обтянутую коричневой кожей мощную спину. Получить такое напутствие от главного тренера сборной области, в составе которой, кстати, Ермаков был одним из основных спортсменов… Как-то странновато. Тем не менее внутренняя пружина немного ослабла – короткая реплика поддержки сыграла свою роль.

Время до финального боя пролетело быстро, точнее два с половиной часа отшагали свои 150 минут в полном хронометражном соответствии, но Малыгину они показались незаметной десятиминуткой.

Практически за пять минут до объявления готовности их пары, в спорткомплексе появился Харламов. К этому времени Леха, переодевшись в соревновательную форму, свалил из раздевалки и, скрывая небольшую трясучку, побрасывал забинтованные руки в самом дальнем углу гимнастического зала.