Лексикон света и тьмы

Хенри покрывается испариной, хочет отдёрнуть руку, но дядя гогочет и подбадривает его: «Давай, Хенри, не дрейфь, у тебя получится». И Хенри понимает, что ему не отвертеться, да особо и не хочется, искус слишком велик, он переваливается вбок, кладёт и вторую руку на руль и ведёт машину!

Некоторое время прямо действительно сам ведёт! Несколько минут управляет машиной, объезжает выбоину, уходит на разворот и едет назад. Дядя забирает у него руль почти у самого магазина («ну всё, отдохни»), и сам загоняет «форд» на стоянку.

Молодёжь успела уже разойтись. Двое в машине молчат. Хенри сидит, положив ладони на колени, как в школе. Дядя откашливается, достаёт сигарету и легонько постукивает ею по бедру.

– Ну, Хенри Оливер. Неплохо было, да?

– Не то слово! – говорит Хенри и улыбается. – Спасибо!

– На здоровье. Будешь? – дядя протягивает ему портсигар, красивую коробочку с арабским дворцом на крышке и словом «Медина», оно змеёй обвивает один из куполов.

Хенри мнётся, что-то мямлит, потому что курить он, конечно, уже курил, но тайком, ворованные у отца сигареты, а так, по-взрослому и открыто, ему ещё никогда не предлагали.

Моргнув раз и другой, он говорит «спасибо» и берёт сигарету. Прикуривает и чувствует, как затяжка обжигает всё в груди.

– Ну, Хенри Оливер, – спрашивает дядя и выдувает облачко дыма, которое дрейфует к лобовому стеклу и там развеивается, – как дела у моего племянника?

– Дела… дела хорошо. Спасибо, – отвечает Хенри и тоже затягивается.

– Что в школе у тебя порядок, я знаю.

А в остальном? Спортом ты ведь не занимаешься, да? Или я не прав?

Хенри мотает головой. Выпускает дым и тут же делает новую затяжку, чувствуя, как его напрягает необходимость говорить по душам. Он даже сигарету не может держать непринуждённо, стискивает. Не то что дядя, у того сигарета кажется органичным продолжением руки, так естественно она смотрится между средним и указательным пальцами.

– Нет, меня спорт не очень интересует, – наконец отвечает Хенри и искоса смотрит на дядю: как он отреагирует?

Дядя смотрит строго перед собой.

Кивает как ни в чём не бывало, словно ничуть не разочарован. Как будто не считает, что с Хенри что-то не так.

– Тогда у тебя, вероятно, бывает свободное время. Хотя ты же ещё с ребятами хороводишься… Или нет?

Хенри снова кивает. Делает ещё одну затяжку. Столбик пепла уже угрожающе длинный. Не хватало только насвинячить в машине, думает Хенри. Дядя опускает окно.