Сенсация

Какую часть страны вы намерены посетить?

– Патриотическую.

– Тогда лучше запастись двумя визами.

Уильям отправился по первому адресу в Мейдавейл. Он позвонил, и через какое-то время на пороге появилась всклокоченная женщина.

– Это представительство Эсмаилии? – спросил он.

– Нет, тут живет доктор Кон, но его нет дома.

– Вот как… а мне нужна эсмаильская виза.

– Зайдите в другой раз. Может, она у него и есть, только он сюда редко заходит, и не раньше восьми вечера.

На лестничной площадке в глубине холла появилась нижняя половина другой женщины.

Уильяму были видны шлепанцы и часть фланелевого халата.

– Кто там, Эффи?

– Мужчина.

– Скажи ему, что мы ничего не покупаем.

– Он спрашивает, даст ему доктор чего-то там или нет.

– Пусть сначала запишется на прием.

Ноги исчезли. Хлопнула дверь.

– Это миссис Кон, – сказала Эффи. – А чего еще от них ждать? Евреи!

– Какая досада, – сказал Уильям. – Мне дали этот адрес в паспортном отделе.

– Может, вам негр снизу нужен?

– Может быть.

– Так бы сразу и сказали. Он там, внизу.

И Уильям увидел, что к перилам подвальной лестницы прикреплен флаг – черное полотнище с красным серпом и молотом. Уильям спустился вниз и на двери между двумя мусорными баками увидел бумажку:

РЕСПУБЛИКА ЭСМАИЛИЯ

ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО

И ГЕНЕРАЛЬНОЕ КОНСУЛЬСТВО

Если никого нет, оставляйте письма у старьевщика

из дома № 162-б

Уильям постучал, и ему отворил негр, которого он видел накануне вечером в Гайд-парке.

Лицо его, на неискушенный взгляд Уильяма, ничем не отличалось от любого другого негритянского лица, но одежда была незабываемой.

– Могу ли я видеть эсмаильского генерального консула?

– Вы из газеты?

– В каком-то смысле, да.

– Входите. Это я. Как видите, персонала у нас пока не хватает.

Генеральный консул провел его в комнату, которая когда-то была швейцарской. На стенах висели фотографии негров в военной форме и в парадной европейской одежде. Образцы тропической продукции были представлены на столе и книжных полках.

Еще в комнате находились: карта Эсмаилии, конторский мебельный гарнитур из восьми предметов и радио. Уильям сел. Генеральный консул выключил музыку и начал говорить.

– Борьба патриотов Эсмаилии, – сказал он, – это борьба цветных народов и пролетариата во всем мире. Эсмаильский рабочий стонет под игом прогнившего иностранного союза капиталистических эксплуататоров, попов и империалистов.