Детство Чика

– Ха! – усмехнулся Бочо еще более хрипло и добавил: – Посмотри на мои плечи и на свои.

Это была правда. Бочо был куда шире Чика, зато у Чика грудь была намного здоровее, чем у Бочо, и Чик это знал.

– А грудь? – сказал Чик и, набрав воздуху, изо всех сил растопырил ее.

– Что ты мне суешь свою грудь! – страшным голосом захрипел Бочо.

– А что ты мне суешь свои плечи! – ответил ему Чик, собрав все свое мужество. Все-таки Бочо здорово его подавлял своим голосом.

Вдруг Бочо протянул руку и молча приложил ладонь к его груди.

– Ты чего меня лапаешь? – в ужасе крикнул Чик. – Хочешь драться – дерись!

– У тебя сердце дрожит, я слышу! – закричал Бочо радостно. – Вот до чего ты меня дрейфишь!

Сердце Чика и в самом деле страшно колотилось. Но какое он имел право дотрагиваться до Чика и слушать, как стучит его сердце?!

«Ах, ты так!» – подумал Чик, и в это же мгновение его осенила военная хитрость.

Он приподнял голову и как бы украдкой бросил многозначительный взгляд наверх, в сторону домика, где жила тетя Лариса.

– Ты чего туда смотрел? – спросил он не так уж хрипло, как раньше.

– Никуда я не смотрел, – сказал Чик, успокаиваясь оттого, что Бочо начинал волноваться.

– Нет, смотрел.

– Нет, не смотрел.

– Может, скажешь, что ты с Омаром знаком? – спросил Бочо.

Чик промолчал. Надо было, чтобы рыба получше села на крючок.

– Чего молчишь? Скажи, скажи, – насмешливо торопил его Бочо. На самом деле он начал тревожиться.

– Он мой троюродный брат, – нахально отчеканил Чик.

– Ха! – хрипло усмехнулся Бочо, думая, что поймал Чика. – Тогда почему по стене лезли?

– Потому что их дома не было, – сказал Чик, чувствуя, что Бочо сам себя загоняет в ловушку.

– А сейчас? – раздраженно просипел Бочо.

– А сейчас они дома, – сказал Чик, чувствуя, как тело его освобождается от страха, легчает.

– Ребя! – крикнул Бочо, как бы отчасти жалуясь и раздражаясь из-за того, что они его подвели. – Он говорит, что Омар его брат?!

– Не верь, не верь, – крикнул Шурик, как человек, больше всех заинтересованный в победе Бочо, – он все придумал!

– Пусть скажет, как зовут его маханю! – крикнул тот мальчик, который назвал Нику москвичкой.

– Да, – снова оживившись, прохрипел Бочо, – скажи, как зовут его маханю?

– Тетя Лариса, – сказал Чик презрительно.