Черная обезьяна

До свидания. До свидания!”

Я захлопнул мягкую пасть блокнота, пахнуло чистой бумагой – хороший запах.

За плечом появился другой запах – только что высушенные, но у корней ещё сырые волосы. Тоже вкусный. Алька потряхивала свеженадраенной гривой. Показалось, что она сейчас прикусит меня за ухо. Был бы сахар поблизости – покормил бы её с руки.

– Аль, за что ты меня любишь? – спросил я, спрятав ухо в ладони – наваждение не отпускало.

– Какой женский вопрос… – ответила она вполне добродушно.

– Хм… Действительно, – согласился я.

– Я пошутила, – серьёзным голосом сказала Алька. – Женщина этот вопрос задаёт оттого, что сама себя любит. А ты задаёшь оттого, что себя ненавидишь.

Боже мой, Аля, ты умеешь разговаривать, нескладёха моя. Она сама так себя называет – нескладёха.

– Может, мне нравится себя ненавидеть? – осторожно, чтоб не спугнуть её рассудок, внезапно прилетевший и усевшийся на раскачивающуюся ветку, спросил я.

– Не без этого… Но ты мог бы иначе.

“Только не говори, Аля: «…мог бы иначе жить, когда б был со мной»”.

Не сказала.

Птица осталась сидеть на ветке. Ветка качалась.

* * *

Разнообразие, что ли, внести в наше бессмысленное путешествие.

– Есть желание покататься на районных автобусах, Аль? – спросил.

– Есть желание, – сказала Алька, хохотнув в своём стиле.

Мысленно, вспомнив свои детские переезды на междугородных автобусах, я изготовился висеть на поручне, придавленный похмельным мужиком с одной стороны, стосорокакилограммовой бабой из коровника в рабочем халате с другой, слушать крики кондуктора и ещё ошалевшего от тесноты и духоты ребёнка, которого безуспешно увещевает и тискает веснушчатая дебелая девка на задних сиденьях, раздумывая, вытащить ему сиську или не надо.

Но ничего такого: автобус оказался настолько малолюдным, что мы с Алькой залипли в дверях на какое-то время, никак не умея решить, куда всё-таки сесть.

– Вперёд? Не, не надо, там водитель курит, – Алька.

– Сзади просторно, но там трясёт.

Слева какая-то бабка что-то жевала, быстро поглядывая по сторонам; хотелось держаться от неё подальше.

Справа уже сидела молодая пара: дебил в грязных спортивных штанах, неустанно харкавший на пол себе под ноги и громко матерившийся в промежутках между соплевыделением, и его подруга с завитой чёлкой и огромной задницей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.