Покоя больше нет. Стрела бога

Неслыханно, что в середине двадцатого века человеку могут запретить жениться на девушке только потому, что ее пра-пра-пра-прапрадеда посвятили богам, исключив из общества, сделав из его потомков запретную касту до скончания времен. Просто невероятно. И на? тебе, образованный человек объясняет Оби, что он чего-то не понимает.

– Даже мать не остановит меня, – буркнул он, укладываясь рядом с Джозефом.

На следующий день в половине третьего Оби позвонил Кларе в больницу и заявил, что они идут на Кингсуэй покупать обручальное кольцо.

– Когда? – только и могла спросить она.

– Немедленно.

– Но… я ведь сказала, я…

– О, не трать мое время. У меня куча дел. Я еще не нанял слугу и не купил кастрюли и сковородки.

– Да, конечно, ты завтра переезжаешь в свою квартиру. Я чуть не забыла.

Они сели в машину, поехали в ювелирный магазин на Кингсуэй и за двадцать фунтов купили кольцо. Толстая пачка Оби в шестьдесят фунтов заметно похудела. Примерно на тридцать фунтов. Почти на сорок.

– А что насчет Библии? – спросила Клара.

– Какой Библии?

– К кольцу. Ты разве не знаешь?

Оби не знал. Они зашли в книжный магазин, которым владело католическое общество миссионеров, и купили красивую Библию на «молнии».

– Сегодня все на «молнии», – заметил Оби, машинально бросив взгляд на ширинку – убедиться, что не забыл застегнуть «молнию», как пару раз случалось.

Всю вторую половину дня они провели в магазинах. Сначала Оби так же, как и Клару, интересовали полезные вещицы, какие она покупала для него.

Но через час, за который они бросили в корзину одну маленькую кастрюльку, Оби утратил всякий интерес к происходящему и, как послушный пес, просто плелся за подругой. Клара могла отложить алюминиевую кастрюлю в одном магазине и пройти всю Брод-стрит до другого, чтобы купить такую же, по той же цене.

– Какая разница между этой и той, что мы видели в «Ю-ти-си»?

– Мужчины ничего не понимают, – ответила она.

* * *

Когда Оби вернулся в комнату Джозефа, было почти одиннадцать часов.

Джозеф еще не спал. Куда там, целый вечер он ждал возможности завершить спор, прерванный вчера ночью.

– Как там Клара? – спросил он.

Ему удалось произнести это так, чтобы прозвучало небрежно и вдруг экспромтом. Оби не был готов с порога возобновлять вчерашний разговор. Он хотел начать с краешка, как обычно делал много лет назад, когда предстояло утреннее омовение в холодный сезон харматана. Из всех частей его тела меньше всего холодную воду любила спина.