Дом памяти и забвения

В его жилах текла кровь великого Гудини, сына раввина Эрика Вайса, который своими побегами изумлял весь мир.

К полуночи отец расширил отверстие. Я смог увидеть полную луну, которая сопровождала нас, и покрытые снегом поля под ее призрачным сиянием.

– Альберт, – прошептал он, – мы скоро расстанемся. Некоторое время вы будете одни. Вспомни все, чему я тебя учил. Смотри за Элиахом. У него не будет никого кроме тебя. Береги нашего маленького Элиаха. – Тут он обнял меня. – Мы встретимся снова, мы будем вместе, в этой или в какой-то другой жизни.

Он подошел ко мне совсем близко, чтобы поцеловать. Я увидел слезы в его глазах. Одна капнула на мою руку. След, горячий след, который она оставила, я чувствую и сегодня.

Он ждал, чтобы поезд замедлил ход. Элиах крепко держался за мать. Она всхлипывала, но выбора не было. Она грубо оторвала его от себя. Отец схватил Элиаха. Последнее, что я помню, был взгляд обезумевшего Элиаха. Он ничего не понял. Не понимал, что происходит, почему он не может остаться с нами.

Отец протолкнул его через отверстие, которое сделал. Элиах скользнул в ночь.

– Теперь ты, – сказал отец.

Я попытался протиснуться, но мне не удалось.

Отец вонзил нож в дерево и принялся расширять отверстие. Минута проходила за минутой.

Кое-как я протиснулся. Упал в снег.

Приподнялся и в свете луны увидел удаляющийся поезд, увозящий моих самых любимых – отца и мать.

Я пошел вдоль путей, ища Элиаха. Сначала я тихо повторял вслух его имя, а потом принялся как можно громче кричать, что я здесь, что иду к нему, что пусть он подаст голос.

Я свернул с железной дороги и вошел в лес в поисках хоть каких-то следов. Ничего не нашел. Повсюду меня окружала тишина, страшная тишина. Меня охватила усталость. Мой голос звучал все слабее. Я шел то налево, то направо. Близилось утро.

Элиаха я не нашел. Это было предательством, многосторонним предательством. Я предал любимого брата. Я предал мать и отца.

Я завыл от боли, один в безграничной белизне, с единственным желанием заснуть, умереть и больше не пробуждаться.

Четвертая глава

Содержит исповедь фольксдойче Йохана Крафта перед следственными органами в N. 1945 года

Я родился в городке N. на берегу Дуная. Здесь я провел детство, здесь женился. Всю жизнь я прожил в доме на окраине города. Жена родила мне сына, которого мы с ней любили больше, чем кого бы то ни было на этом свете.