По ту сторону зеркала

– Как же не наше? Она же почти что твоя родня. Разве она не станет вот-вот мачехой Андрея?

– Маша, я думаю, что сама Юля не против этой роли. Что касается Андрея, то он уже «взрослый мальчик» и мачеха ему не страшна. Но Краснов может иметь и другие кандидатуры на это место или… – Марина тормознула, как раз вовремя, так как мерседес впереди вдруг повернул налево из крайнего правого ряда, вызвав скрип тормозов по всей улице, и юркнул в переулок.

– Нет, ты подумай, какой козел! Спал-спал и проснулся! Вспомнил, что ему налево! Чтоб у тебя шина лопнула! А я-то думала, что самые отпетые придурки – на джипах.

– Хорошо, что у всех тормоза сработали, а то бы… Да, ты не договорила.

– Нет, какой идиот! А о чем мы говорили?

– Про женитьбу твоего свекра.

– А, я говорю, что Виктор Александрович, может быть, вообще никогда больше не женится. Подумай, зачем ему терять свободу? Женщин он может менять, мигнув глазом. Юля всегда под рукой для официальных случаев. А жена начнет права качать, детей рожать, то да се, на доходы замахиваться.

– Но ведь супруга – это тыл, друг, единомышленник.

– Это мы так думаем, а не он. Его прошлый опыт подсказывает совсем другое.

– Ты хочешь сказать, что мать Андрея, Инна Андреевна, была скандальной женщиной? Это он тебе рассказывал?

Марина прикусила язычок. «Упаси меня Бог осуждать покойницу, да еще и при Маше!»

– Нет, скорее, они не сошлись характерами. И бабушка Андрея была настроена против зятя, классическая теща из анекдотов. Но они же не развелись, может быть, все и уладилось бы, если бы Инна Андреевна не заболела.

Это было дежурная шутка папы. Николай Николаевич любил сказать что-нибудь вроде: «И куда прет народ? Ну, мы-то, понятно, мы – на дачу, а остальным чего дома не сидится?» Немного застрявший в прошлом веке, папа многое осуждал в нынешние времена. В частности, – олигархов. Не в силах отделить Андрея Краснова от его богатого отца, родители долго называли на его «вы» и не могли с ним общаться так же легко, как с Олегом Ярославским.

Марина пыталась их переубедить, но лучше слов помогло дело. Белых несколько лет ездили в порядке шефства на дачу к соседке – Галине Леонидовне Костриковой. Она была любимой учительницей обеих дочерей, и после инсульта нуждалась в помощи, а переезжать к дочери в Обнинск отказывалась.