Кока

– Давай сюда! – Майор взял бумагу, пробежал глазами, прихлопнул ладонью: – Всё. Есть признание. Пять лет обеспечено!

Но глаза у него были не злы, а веселы. Он щёлкал пистолетом-зажигалкой, смотрел на пламя и, казалось, чего-то ждал.

И Кока решил попробовать:

– Может быть, как-нибудь решим этот вопрос? Меня бабушка ждёт…

– А как решим? По-мужски или по-блядски? – вдруг спросил майор, отчего Кока опешил: “По-блядски – это как по-ихнему, по-ментовски?” – но понял, что надо говорить.

– По-мужски.

– Да ладно, стыдно тебе! Что стыдного убанским корешам подарки привезти? Святое дело! Ты откуда, кстати, летел? – Майор заглянул в паспорт. – Ты смотри, из Парижа! Что там делал?

– Там мама замужем, к ней ездил, навещать, – испугался опять Кока (если из Парижа – может и в чемодан заглянуть, за шмотками и парфюмом).

Но майор сидел, вертел паспорт.

– Я хочу дочку в Париж послать учиться. Ты, случайно, не в курсе, как это организовать?

Кока подхватился:

– Конечно, знаю! Всё узнаю, что вам надо! Моя мама переводчица, она часто в университете бывает.

Майор пробормотал, играя паспортом:

– Что надо там – деньги, паспорт, визу я всё сделаю, – лишь бы за ребёнком там присмотрели, помогли… – И шлёпнул паспорт на стол. – Короче, сколько ты можешь заплатить штрафа?

Кока честно признался:

– У меня много нет, бабушке везу, она больна.

– Гоче тоже надо – он что, не человек?

– Двести?

– И начальнику! – многозначительно ткнул майор ручкой в потолок.

– Значит, триста…

Когда он признался бабушке, что из посланных ей денег пришлось ментам отдать триста долларов штрафа за ножи, бабушка отложила “Детей Арбата” и сказала:

– Я знала, что ты безголовый, но не до такой же степени! Ещё бы автомат в подарок привёз!

…Выбравшись из подвала в пустой двор, Кока украдкой попи?сал под деревом и юркнул обратно.

Надо, надо ехать в гестхаус… Одно только останавливало – нестерпимая вонь, которая царила там, когда гости, китайцы или индусы, готовили на кухне свои тухлые мерзости.

Да, вот где Кока узнал, что кухонная вонь может иметь национальность, ибо понять, что в общей кухне хозяйничают азиаты, можно было безошибочно, даже не входя в дом.