Воскрешение

За спиной у?Советского Союза была почти тысяча лет русской и?российской истории, даже хронологически он начинался совсем не со сталинизма, а?с?середины пятидесятых были приложены на самом деле экстраординарные усилия для того, чтобы уйти от сталинизма и?создать некий синтез социализма и?относительно традиционного гуманизма.

– Теперь все вдруг заговорили об истинном ленинском наследии. – Лева усмехнулся, но был непреклонен. – А?по-моему, это полнейшая ерунда.

– Я?бы не был столь категоричен. Сами идеи всечеловеческого братства и?равенства или мысль о?том, что жажда наживы разрушительна и?для ее носителей, и?для ее жертв, которых, естественно, всегда бывает гораздо больше, – эти идеи трудно назвать безумными.

И?еще труднее назвать тоталитарными.

– Но привели-то они к?Гражданской войне, массовому террору, а?потом к?сталинизму. С?этим-то вы не можете спорить.

– Лева, вы же читали книги и?знаете, что к?страшным и?еще гораздо более чудовищным, чем наша, гражданским войнам, к?сожалению, приводили многие лучшие идеи человечества.

Идеи религиозной терпимости, демократического правления, республики, свободы личности, равенства, отмены рабства, да много чего еще. Все эти убийства ужасны, и?в?этом смысле спорить тут не о?чем, но ничего абсолютно беспрецедентного для истории, требующего именно от нас проклинать и?бичевать себя до конца веков, в?этом нет. История и?вообще очень страшная шутка, если учить ее не по «Айвенго», разумеется. А?сталинизм…

– Вот сталинизм уж точно абсолютно исключителен, – ответил Лева с?ощутимым ликованием заядлого спорщика.

 – И?гораздо хуже даже нацизма.

Дед удивленно на него взглянул.

– Я?первый, кто об этом вам говорит? – почти без паузы спросил Лева.

– Нет, конечно. Но я?не ожидал услышать подобное от еврея. При нацизме нас ведь с?вами и?в?живых-то не было бы. Но почему вы уверены, что хуже нацизма?

– Гитлер убивал чужих, а?Сталин своих.

Дед устало выдохнул.

– Лева, вам не кажется это утверждение несколько странным? – Дед остановился, пытаясь дать Леве время подумать, но, увидев, что тот рвется в?бой спора, продолжил: – Вы же критикуете советскую власть с?позиций европейского гуманизма, я?вас правильно понимаю?

– Да.

 – Лева уверенно, хотя и?несколько удивленно кивнул.

– Хорошо. Значит, исходные позиции у?нас общие. И?при этом вы утверждаете, что невинные жертвы делятся на две категории. Тех, которых убивать лучше, потому что они чужие, и?тех, кого убивать хуже, потому что они свои.