Ставок больше нет

Его сопровождает голос, становящийся все громче, которому вторят другие голоса, чеканно скандирующие:

– Лагенезия… Лагенезия… Лагенезия…

Пьер идет вперед… Однако между замедленностью его движений и поспешной деловитостью прохожих существует разительный контраст. Такое впечатление, что Пьер движется бесшумно, словно во сне.

Никто его не замечает. Никто его попросту не видит.

Вот встречаются двое знакомых, один протягивает руку другому. Пьер, думая, что этот жест адресован ему, также протягивает руку, но прохожие, не обращая на него внимания, отходят в сторонку, чтобы поболтать.

По лицу можно понять, что его это мало трогает и кажется смешным, хотя он и находит такие манеры не слишком вежливыми.

Еще через несколько шагов консьержка с порога дома выплескивает ему под ноги ведро воды. Пьер останавливается и разглядывает свои брюки: они сухие. Все больше изумляясь, он продолжает путь.

А голос не умолкает:

– Лагенезия… Лагенезия… Лагенезия…

Пьер останавливается рядом с пожилым господином, читающим газету на автобусной остановке.

– Простите, месье… – обращается к нему Пьер.

В эту минуту голос смолкает.

Пожилой человек не поднимает головы, продолжая читать. На его лице улыбка.

– Простите, месье, – не отступается Пьер, – будьте добры, где находится улица Лагенезия?

Уголок городского сада

Ева останавливается рядом со скамьей, на которой сидит молодая женщина и вяжет, качая ногой детскую коляску.

– Простите, мадам, как мне пройти на улицу Лагенезия? – любезно спрашивает она.

Молодая женщина, не услышав вопроса, склоняется над коляской и принимается играть с младенцем.

Улица

Пожилой господин продолжает, улыбаясь, читать газету.

– У меня срочная встреча на улице Лагенезия, а я не знаю, где она находится, – объясняет Пьер, повысив голос.

Пожилой господин, не отрывая глаз от газеты, смеется.

– Вас это смешит? – наклоняется к нему Пьер. И тихо, но беззлобно добавляет: – Старый хрыч!

Пожилой господин теперь уже просто заливается смехом, и Пьер повторяет чуть громче:

– Старый хрыч!

В эту минуту у остановки тормозит автобус. Его тень наезжает на пожилого господина, но не на Пьера, который так и остается стоять на солнце. Пожилой господин, с лица которого не сходит улыбка, садится в автобус, и тот уезжает.