Хлеб по водам

 – Стрэнд сознавал, что ответ звучит грубо, и понимал, что собеседник здесь совершенно ни при чем, а вывели его из равновесия утренние беседы с Хейзеном и Элеонор, а также созерцание Кэролайн, которая сидела рядом с матерью и тихо ела. Никакого «раскола» ни на его отделении, ни в собственной душе не наблюдалось. Сам Стрэнд крайне отрицательно относился к войне, о чем писал своему конгрессмену, подписывал петиции, рискуя потерять работу, а дома, за столом, в присутствии Джимми, говорил, что ничуть не осуждает молодых парней, которые сбежали в Швецию или официально зарегистрировались как принципиальные противники войны.

Но он не мог сказать этого здесь, за омарами и гусиным паштетом, в солнечной и благостной атмосфере пикника, на берегу океана.

К счастью, от дальнейшей беседы с «Эйнштейном» его спасло появление Хейзена.

– Прошу извинить меня, мистер Стрэнд, – сказал хозяин дома, приблизившись. – Можно вас на минуточку?

– Конечно. – Стрэнд поднялся из-за стола и проследовал за Хейзеном в дом.

– Прошу прощения за беспокойство, – тихо произнес Хейзен, когда они оказались в пустой гостиной, – но я вынужден немедленно уехать в город.

Утром за завтраком позвонили. Хочу ускользнуть потихоньку, по-английски, обойтись без прощаний и извинений. Надеюсь, вы меня понимаете?

– Ну разумеется, – ответил Стрэнд.

– Извинитесь за меня перед супругой. И хотя в этот уик-энд мы провели вместе совсем немного времени, – добавил адвокат, – я получил огромное удовольствие. И очень рад, что все вы – подчеркиваю, все – почтили меня своим присутствием.

В следующий раз сразу по приезде перережу телефонные провода.

– Для меня эти дни тоже будут памятными, – вежливо кивнул Стрэнд. Если бы Джимми был здесь и слышал этот разговор, он бы непременно заметил: «Здорово сказано, старина. Еще раз, на бис!»

– Позвоните мне на неделе, ладно? – сказал Хейзен, и мужчины обменялись рукопожатием. Конрой уже ждал в холле, терпеливый водитель колесниц в темном деловом костюме. Вслед за Хейзеном он быстро направился к выходу, к ожидавшему у крыльца «мерседесу».

Глава 6

Ваше имя на корешках книг в библиотеках… Да известно ли ему собственное имя? Будто какой-то другой человек носил его имя и вел совсем другую жизнь. Сильный, энергичный, не он лежал сейчас в незнакомой постели, не он прислушивался к шуму крови в ушах…

– Как прошел уик-энд? – поинтересовалась Джудит Квинлен.

– Активное потребление, – ответил Стрэнд. – В самом лучшем смысле этого слова.