Прованс навсегда

Вскоре стало ясно, что он вознамерился остаться с нами и намеревался убедить нас, что без него жизнь вообще невозможна. Он оказался бесстыжим льстецом. Один лишь взгляд на него – и это костлявое чучело выражало полнейшее блаженство. Похлопаешь его по загривку – и он впадет в экстаз. Два-три дня – и мы пропали. Со смешанными чувствами я позвонил месье Грегуару, жившему в Апте хозяину корталов.

На следующий день он заехал к нам с женой, чтобы освидетельствовать нашу находку. Месье Грегуар первым делом заглянул в уши, чтобы проверить, не вытатуирован ли там идентификационный номер на случай потери.

Так поступают все серьезные владельцы, сказал месье Грегуар. Номера хранятся в базе данных в Париже, и если кто-то обнаружит собаку с клеймом, центральный офис в полчаса свяжет его с владельцем.

Месье Грегуар с сожалением покачал головой. Увы, татуировки в ухе не оказалось. И кормили пса неправильно. Скорее всего, рождественский подарок оказался неуместным в доме и от него избавились традиционным способом – вышвырнули вон.

Месье Грегуар посоветовал нам оставить пса в нашем семействе. Пес против этого не возражал.

Мадам Грегуар выразила восхищение красотой нашего найденыша и почти сразу выступила с предложением, принятие которого, возможно, привело бы к удвоению поголовья собак в нашем хозяйстве. Она спросила, как мы отнесемся к браку между нашим красавцем и их молодой сукой.

Как относится один из нас, я точно знал, но обе дамы уже пустились в обсуждение деталей возвышенной собачьей любви.

– Вы должны нас навестить, – предложила мадам Грегуар.

 – Мы разопьем бутылку шампанского, в то время как эти двое… – она слегка замялась, подыскивая более деликатное выражение, – уединятся.

К счастью, муж ее оказался не лишен практической жилки.

– Прежде всего нужно проверить, понравятся ли они друг другу. А тогда уж… – И он смерил нашу находку взглядом будущего тестя. Пес положил ему на колено свою увесистую лапу. Мадам умиленно засюсюкала. Я понял, что все решено.

Наумилявшись, мадам Грегуар вспомнила еще одну существенную деталь.

– Вот что мы еще забыли. Звать-то его как? Надо что-либо героическое придумать. С такой головой! – Она погладила пса по голове, и тот от удовольствия закатил глаза. – Скажем, Викто-ор… Или… Ахилл.

Пес, дурень дурнем, опрокинулся на спину, воздев лапы к небу. Героического в нем ничего не обнаруживалось, зато мужеские признаки сразу бросились в глаза. Этими признаками и определилось его имя.

– Давайте назовем его Бой.