Мы с истекшим сроком годности

Парень смотрит на меня, и я замечаю что-то странное в его взгляде, а затем обращаю внимание на все его тело, непропорционально длинные скрюченные конечности, тремор рук. Церебральный паралич. Фил что-то пытается мне сказать, но у него получается лишь промычать.

– А можно мне поменять палату? Я не хочу каждое утро просыпаться из-за его воплей.

– Все одиночные комнаты уже заняты. Могу переместить в двухместную.

– Ладно, я обойдусь.

После инцидента, произошедшего ранним утром, я так и не смогла уснуть.

Обращаю внимание на телефон: 4 пропущенных вызова от мамы и ровно столько же от папы. С ними я вдвойне не хочу разговаривать.

В комнату заходит Фелис.

– Время завтрака.

Теперь я не сопротивляюсь. Во-первых, я действительно хочу есть, иначе мой желудок сам себя переварит, а во-вторых, какой смысл моего бунта? Вдруг меня и впрямь посчитают сумасшедшей и направят в место куда хуже этого.

Несколько минут мне требуется, чтобы умыться и расчесаться. Затем Фелис меня провожает в столовую, которая находится на первом этаже. Огромное помещение от края до края заполнено кучей калек, которые вяло передвигают колеса своих колясок от столика к столику.

Подъезжаю к мискам с едой, всюду какие-то салаты, отварные овощи, каши, желтые бульоны.

– А что это? – спрашиваю я повара и указываю на непонятную зеленую жижу.

– Пюре из шпината.

Да уж. Даже в клинике еда была нормальной, а здесь она вызывает не аппетит, а сильные рвотные позывы.

Наконец, я нахожу что-то более-менее съедобное: морковный сок и две булочки из кукурузной муки. В самом углу отыскиваю себе свободный столик, но, к моему большому сожалению, ко мне присоединяется дед. Ему повезло больше, чем мне, он может ходить, но только при помощи костылей и своей единственной ноги. Вторая ампутирована.

Покончив со своим завтраком, я пулей вылетаю из столовой, но путь мне перегораживает Фелис.

– Теперь тебе пора на час приветствия.

– Это еще что?

– Все наши пациенты разделены по определенным группам, и каждое утро после завтрака группы собираются и рассказывают, как они провели эту ночь, что им снилось. Все это проводится под руководством психотерапевта.

– Очень весело. Но я, пожалуй, пойду, посплю.

– Так, здесь за тобой бегать никто не собирается. – Фелис подходит ко мне, резко разворачивает мое кресло.