Две недели в другом городе

Крайнюю степень презрения они выражали так: «Это ужасно, ужасно оригинально, мой дорогой…»

Теперь, когда Джек увидел продемонстрированный Делани фильм, ему захотелось произнести: «Это ужасно, ужасно оригинально, мой дорогой…» Но вспомнив ту неуверенность, что звучала вчера в голосе Делани, когда они ехали в машине, ту отчаянную мольбу о помощи, что скрывалась за словами режиссера, Джек решил не спешить с серьезной критикой.

– Сценарий слабый, – начал он.

– Не то слово! – со злостью произнес Делани. – Ты абсолютно прав.

– Кто автор? – спросил Джек.

– Шугерман. – Делани выплюнул эту фамилию так, словно она жгла ему язык!

– Удивительно.

Шугерман написал за последние пятнадцать лет не то три, не то четыре пьесы, но в материале, прочитанном Джеком ночью, не осталось и следа того таланта, печатью которого были отмечены прежние работы драматурга.

– Этот негодяй прилетел сюда на три месяца, – обвиняющим тоном продолжал Делани, – и принялся шататься по музеям и кафе в обществе вечно пьяных немытых художников и писателей, которыми кишит город, заявляя всем и каждому, что я – тупой сукин сын, хотя сам не сочинил ни единой сцены, которую я мог бы отснять без доработки, и в результате я переписал заново весь сценарий.

– Понимаю, – сухо произнес Джек.

После памятного первого успеха Делани воевал со всеми своими сценаристами и в конце концов переделывал рукописи. Он заслужил в Голливуде репутацию режиссера, которого губила тяга к литературной работе; продюсеры, хотевшие нанять Мориса, говорили его агенту: «Я бы взял его, если бы мне удалось вырвать из рук Делани перо».

– Материал пока сырой. – Делани указал рукой на экран. – Но я его доведу. Если итальянцы не угробят меня прежде. – Он поднялся. – Джек, останься тут и посмотри ленту еще пару раз, чтобы лучше познакомиться с ней. Может быть, тебе стоит днем перечитать сценарий. А завтра, в семь тридцать, начнем дублирование.

– Хорошо.

– Я организовал для тебя встречу с Деспьером, – сказал Делани, надевая темные очки. – В кафе «Дони». В десять минут первого. Он хочет получить от тебя информацию для своей статьи. О моих былых победах. – Делани натянуто улыбнулся: – Будь другом, соври ему немного.

– Не бойся. Я скажу, что ты – Станиславский и Микеланджело в одном лице.

Делани засмеялся и похлопал Джека по плечу:

– Гвидо будет ждать тебя в автомобиле.