Я тебя никогда не забуду

Поэтому, честно говоря, вздохнул свободней, когда через три дня нашей вынужденной (для меня) дружбы путевка у Верного закончилась и он отбыл.

– Верный тебя тоже знает, – с лукавинкой молвил полковник. – Больше того, сообщу по секрету: именно он просил, чтоб ты расследовал дело об ограблении в Люберцах. Аристов, сказал он мне, ваш лучший сыскарь, пусть он это дело себе возьмет.

– Довольно странно.

– Почему?

– Мы с ним не друзья.

В нашем деле, как совершенно справедливо замечал вождь мирового пролетариата, очень важно вовремя размежеваться.

– Может, Верный и впрямь считает, – с прежней лукавинкой-хитринкой заявил Аркадьич, – что ты лучший сыщик в нашем управлении.

– Мне тоже эта мысль часто приходит в голову, – кивнул я.

– От скромности ты, майор, явно не умрешь.

– А что за интерес у Верного в люберецком деле, если не секрет?

– Не знаю. Может, потерпевшая – его родственница. Сестра, например, – полковник неожиданно подмигнул, – двоюродная. А может, она, скажем, его агент.

– Или он сам эту Степанцову разрабатывает по своим делам?

– Возможно. Но я тебя, Павел Савельич, не про это вызвал. – Полковник замялся, он определенно чувствовал неловкость. Наш «полкан» – чуткий и совестливый человек.

– Раз уж к тебе сам майор Верный такое уважение и доверие питает… Тут дело, понимаешь, деликатное… Может, ерунда, а, может… Короче, ко мне жена Верного обратилась. И знаешь, почему?.. Муж – пропал. И она очень этим обеспокоена.

– Пропал? Давно?

– Сегодня утром.

– Пфф! Пропал! – усмехнулся я. – Да мало ли куда мог зарулить в течение дня мужчина в самом расцвете сил?! Бывает, и на года орлы от жен улетают!

– Тут не все так просто, Паша, – перешел на совсем уж доверительный тон Аркадьич. – Попахивает уголовщиной. А может, и чем похуже… Супруга Верного очень просила меня никакой бучи пока не поднимать, вдруг муж отыщется, живой-здоровый, тогда бы и ей, конечно, и тем более майору, лучше будет эту историю замять, для ясности… Но обстоятельства там такие… Я вкратце ее опросил…

Я чуть ли не впервые видел полковника: экающим, мекающим и почти смущенным.

– Знаешь, – продолжал он, – ситуация – очень даже не очень… Короче, Паша, у меня к тебе личная просьба: тихо и безо всякой огласки, без бумажной волокиты, займись ты этим делом. И побыстрее. А потом уж – мы с женой Верного решили: если за сутки майор не найдется, может, сам, а может, с твоей помощью – будем бить во все колокола.