Дороги, ведущие в Эдем. Полное собрание рассказов

А вдобавок здесь, прямо у нее в спальне, среди притихшего под снегом города появились такие доказательства этого факта, от которых невозможно даже отмахнуться, а уж тем более – это стало предельно ясно – отделаться.

Мириам с жадностью набросилась на съестное, умяла булку с вареньем, и детские пальчики забегали по тарелке паучьими движениями, собирая крошки. На лифе белого платья поблескивала камея – светлый профиль, как обманный портрет новой владелицы.

– Вкуснота, – вздохнула она, – сейчас бы еще миндальное пирожное или глазированную вишенку – было бы просто идеально. Десерты – такое объедение, вы не находите?

Пристроившись на краю пуфа, миссис Миллер курила. Сеточка для волос съехала набок, лицо облепили выбившиеся пряди. Глаза тупо уставились в никуда; щеки пошли красными пятнами, похожими на вечные отметины от жестоких пощечин.

– Так что же: на десерт ничего нет… Пирожное?

Миссис Миллер стряхнула пепел на ковер.

– Ты обещала уйти, если я накормлю тебя булкой с вареньем, – напомнила она.

– Силы небесные, это правда?

– Ты дала слово. Я устала и плохо себя чувствую.

– Не дуйтесь, – фыркнула Мириам. – Это шутка.

Подхватив пальто, она перебросила его через руку и перед зеркалом приладила на голове беретик. А потом, склонившись едва ли не вплотную к миссис Миллер, прошептала:

– Поцелуй меня на прощание.

– Прошу тебя… только не это, – взмолилась миссис Миллер.

Мириам подняла одну бровь и дернула плечом.

– Как угодно, – процедила она, устремилась к журнальному столику, схватила вазу с искусственными розами, перенесла ее туда, где кончался ковер, и швырнула об пол. Осколки брызнули во все стороны, а детская ступня раздавила букет.

После этого Мириам пошла к выходу, но, прежде чем затворить за собой дверь, с невинным любопытством оглянулась на миссис Миллер.

На другой день миссис Миллер лежала в постели; встала она лишь для того, чтобы покормить канарейку и выпить чашку чая; поставила себе градусник, но жара не было, хотя ее и преследовали горячечные, тревожные сны – они не отступали даже наяву, когда она широко раскрытыми глазами смотрела в потолок.