Сочинения. Том 1. Эта странная жизнь. Искатели

– Видите бугорок? – замирающим голосом осведомился Андрей.

– Вижу, ну и что из этого? – черство спросил Одинцов.

Не замечая его тона, Андрей объяснил:

– Я обнаружил это вчера случайно.

– Это явление было открыто Александром Ильичом Шпаковским в тысяча восемьсот пятьдесят шестом году, – сухо сказал Одинцов. Он оглядел поникшего Андрея и без всякой жалости добавил: – Случай идет навстречу тому, кто ищет его не вслепую.

– Удар в челюсть, – объявил Виктор после ухода Одинцова. – Тысяча восемьсот пятьдесят шестой год, чуть-чуть опоздал.

– Иди к черту! – неуверенно сказал Андрей.

– Он еще ругается. Осрамил нас только… Эх ты, Архимед!

– Ничего страшного. Подумаешь. Факт, что у тебя есть наблюдательность, – утешал Костя Исаев. – Держи нос выше. Глаза вот ты испортил, это хуже.

И он повел притихшего, упавшего духом Андрея в амбулаторию.

Такого рода «открытий» было немало. Неудачи огорчали Андрея, но быстро забывались. Ему нравился самый процесс исследования.

Он сомневался, проверял, выдумывал всевозможные опыты.

Он прибавлял к электромагниту виток за витком, менял толщину проводов, менял все, что можно было менять, и своими руками выводил формулу. Она возникала в точности такая, как в книжке, – длинная, многоэтажная. Каждая ее цифра, каждая буква были запечатлены не только на бумаге, но и на руках – ожогами и ссадинами, оживали в бегущей по шкале стрелке, запоминались навсегда.

Приходила сессия, и Андрей многие предметы сдавал кое-как, еле увертываясь от грозящих двоек.

Нет, Андрей не был примерным студентом. Виктор тоже не отличался усидчивостью, но он схватывал, как говорится, на лету, у него все получалось как-то легко, красиво и весело. Он не кичился своими способностями, все любили его и удивлялись, почему Одинцов предпочел Лобанова.

Темой дипломного проекта Одинцов дал Андрею расчет одного прибора, работа была в основном теоретическая. И получалось так, что Виктор возвращался со станции перемазанный, усталый и заставал Андрея в кровати с книжкой.

– Бездельник ты, брат, – раздраженно говорил он.

С этого и началось их взаимное охлаждение.

Виктора обидел выбор Одинцова. Собственно, Виктор не собирался оставаться в аспирантуре, но его задело предпочтение, оказанное Лобанову.

Они ухаживали за подругами – студентками педагогического института: Виктор – за Лизой, Андрей – за Ритой. Однажды в присутствии девушек Виктор принялся высмеивать Андрея.