Дружелюбные

И Перла, что они обе с Соней признавали, сделала то, к чему оказались не готовы ни та ни другая: управилась с хаосом, создаваемым Соней в своей комнате, в ванной и на кухне, куда жиличка наведывалась за маской для лица или поджаренным сыром.

Всего за неделю до этого Соня вдруг заметила: «Перла такая милая». Они наконец-то очутились в одно время в одном месте: смотрели новости по телевизору. Соня не могла выдержать и двух минут без того, чтобы не сообщить что-нибудь совершенно неуместное о себе.

– Ты сегодня была дома? – удивилась Лавиния.

– Утром у меня было мрачное настроение, – безмятежно ответила Соня, – так что я решила позвонить в агентство и сказать, что неважно себя чувствую. Я сто лет не отпрашивалась с работы из-за недомогания. Все так делают. Так что сегодня я лечусь. Мне надо расслабиться. Я с Ямайки.

Лавиния всегда считала, что недомогание – это когда ты болеешь, а не когда у тебя нет настроения, даже на Ямайке. Но решила, что в театральном агентстве, где служила Соня, когда оставила надежду сделать карьеру актрисы, правила не такие, как во всех прочих местах.

– И Перла приходила, да?

– Она такая славная, правда! – продолжала Соня. – Она сказала, что я очень хороший человек и сердце у меня по-настоящему доброе.

– Что ты такого с ней сделала, чтобы она так сказала?

– Кто, я?..

Лавиния ждала ответа.

– Она что-то у меня спросила… а, поняла! Она спросила, нормально ли будет, если работу сделает ее дочь, – Перлу ждали где-то еще, у миссис… миссис я-забыла-как.

– Соня, я ей велела работать у меня самой.

– Она назвала меня доброй, – начала Соня. – Ты не представляешь, что эти, в агентстве, смеют мне говорить! – Она притянула к себе голые коленки и прижала босые ноги к подушкам дивана; пальцы ног стали мять шелк, точно лапы котенка, делающего «молочный шаг».

– Я не потерплю, если квартиру будет убирать кто-нибудь, кроме Перлы! – отрезала Лавиния. – Я сказала ей об этом давным-давно.

– А, еще звонил твой брат, – сказала Соня. – Просил передать, чтобы ты позвонила.

– Хорошо, хорошо, – отмахнулась Лавиния, но Соня, не глядя на нее и уткнувшись в телеэкран, замахала перед ее носом бумажкой. Лавиния протянула руку. Почерком Сони на грязном мятом листке, сложенном в несколько раз, было написано: «Звонил Твой Брат».

– Он сказал, что это срочно. По крайней мере, было срочно, когда он звонил, – добавила Соня.