Дружелюбные

Вокруг толпились семьи посетителей, несколько ветхих пациентов в халатах и тапочках шли покурить на улицу, двое ребятишек несли букеты желтых хризантем, а прямо посреди коридора сидела в больничном кресле-каталке пожилая женщина, жалкая и покинутая, выжидательно пялясь в пространство; ее, наверное, надо было забрать или вернуть на место, как томик словаря в публичной библиотеке. Лео нашел палату матери и подумал, что надо было тоже что-нибудь захватить. Букет хризантем. Или винограду.

Мать сидела на кровати в ночной рубашке и накинутой на плечи шали.

Правая рука – под толстым гипсом, из-под которого любопытными зверьками торчали кончики пальцев. Выглядела она чистенькой и розовощекой, с копной непривычно седеющих волос вокруг лица, и при виде сына радостно улыбнулась:

– Вот это да! Что ты тут делаешь?

– Тебя пришел повидать. Решил, что тебе скучно.

– Твой отец только что ушел, – сказала мать Лео. – Он знал, что ты приедешь?

– Должен был знать, – бездумно ответил он. – Я приехал вчера вечером.

Мы договорились встретиться тут. А что случилось?

– О, как он меня порой бесит! – пожаловалась она. – Вышел чаю попить, наверное. Представь – ни слова о том, что ты придешь!

– Наверное, хотел сделать тебе приятный сюрприз, – предположил Лео. – Но что это? С тобой-то что стряслось?

– О, не знаю… – Она не без усилия приподняла перебинтованную руку. – Так глупо вышло. Думала, просто ударилась, ушибла, а потом… жуткая боль, и твой отец сказал, что я ее сломала.

Никогда не думала, что сломать руку так легко. Ты…

Но тут она стала смотреть в пустоту, и Лео вспомнил: должно быть, получила большую дозу морфина.

– Я приехал вчера, – повторил он. – Поздно вечером, иначе бы пришел. Я познакомился с новыми соседями!

Он не был уверен до конца, но взгляд Селии снова сделался осмысленным, и она улыбнулась слегка одурманенной улыбкой. Из окна палаты виднелся больничный двор с декоративным вишневым деревом. У дальней стены на скамейке сидел мужчина в твидовом пиджаке и читал книгу.

– Ко мне идут и идут, – говорила его мать. – Идут и идут. Вчера были Кэтрин и Джош. Это они принесли цветы.

Лео решил, что вряд ли его бывшая жена и сын приходили вчера, но лишь ободряюще кивнул.

– Она милая девушка, – сказала Селия. – Конечно, все из-за твоего отца. Он очень строг тут со всеми: говорит, что надо делать, как лечить. Думаю, – она резко замолчала и подавила смешок, – они его попросту побаиваются.