Доживем до понедельника. Ключ без права передачи

– За магнитофоном!

– Погоди, погоди! Тут надо рассчитать на пять ходов вперед – может, это только напортит? И потом…

– Что?

– Неловко все же…

Один лестничный пролет Майданов шел молча, потом остановился и сказал:

– Вот поэтому вы, интеллигенция, не класс, а только прослойка. Что неловкого-то – отобрать свое? Мы ж отдадим кому? Юльке. Она хозяйка? Она! Значит, что? Значит, обратно будет справедливость.

Адамян хотел возразить, но майдановская логика была слишком проста и пряма для него.

– А как ее отвлекать, Алину? – спросил он.

– Ну скажи, что о ней спрашивал один человек. Высокий, скажи, спортивный. И тяни резину, что ты обещал его не выдавать… И уходи. Она пойдет за тобой, как нитка за иголкой.

– Это что, проверено? – Многознающий Адамян был, как дитя, неопытен по части женского сердца и распахнул глаза.

– Тыщу раз.

* * *

…Все шло как по нотам. Из канцелярии Алина вышла вслед за Женей, заинтригованная предельно:

– Ну намекни, Жень… Ну хоть на какую букву?

– На «эс».

– Стеблов Костя? Старший пионервожатый?

– Алина, не могу, слово дал. – Адамян сдерживал смех: способ действовал безотказно.

– Если Стеблов – неинтересно… А подбородок у того человека раздвоенный, да? А глаза черные.

– А вот и нет. Серые!

– Серые – это хорошо. Только у тех серых, которые я имею в виду, фамилия совсем на другую букву, – вздохнула Алина. – А если ты на своего Смородина намекаешь, то давай не ври: мы-то знаем, на ком у него свет клином сошелся… На каком недоступном предмете! – засмеялась она.

– На каком? – застыл Женя.

– Не знаешь? А друг называется! Ну давай на обмен: я тебе эту тайну шепну, а ты мне про того человека… А?

…Проводив их критическим взглядом, Майданов прошел в дирекцию спокойно.

В кабинете магнитофона не было. Ни на столе, ни внутри стола, ни на стеллажах, ни на подоконниках. Неужели в сейфе? Тогда это мертвое дело. Уже признав свое фиаско и собравшись исчезнуть, Майданов напоследок рискнул открыть большой желтый портфель, что лежал в кресле директора.

* * *

…Уроки кончились. Раздевалка гудела, девчонки, одеваясь, теснили и перекрывали друг друга возле зеркала.

Юля уж надела шапочку, когда рядом оказался Майданов: вид у него был таинственный.