Вояж с морским дьяволом

Ей надо спасать свою шкуру.

Она свернула купюры и сунула их в секретный карманчик джинсов. Нужно поскорее бежать отсюда, пока Чехов не проснулся. Однако Таня все-таки зашла в ванную.

Выглядела она вполне ничего. Царапина на щеке от хлестнувшей ветки почти прошла. Сейчас бы загримировать ее, но некогда, да и нет у холостяка Чехова никакого грима.

Таня умылась. Почистила зубы указательным пальцем. Наскоро причесалась. Отмыла от грязи свои ботинки.

Все время прислушивалась: не проснулся ли Володя? Но в комнате было, слава богу, тихо.

Садовникова выскользнула из ванной. Уходить, не прощаясь, неудобно. Да и расставаться со своим спасителем почему-то было жаль. На кухне она нашла карандаш и листок бумаги. Написала:

Володя,

спасибо за приют. Извини – взяла у тебя в портмоне 300 рублей. При случае верну. Еще увидимся!

Целую,

Таня.

Положила записку на стол в кухне, среди грязных чашек и заветренной колбасы – пардон, но наводить порядок ей некогда, – и покинула квартиру, ставшую ей убежищем.

Жилище Чехова охранял тривиальный английский замок, и, уходя, Садовникова просто захлопнула дверь.

…Татьяна не могла видеть, что, как только она вышла из квартиры, Володя немедленно открыл глаза, улыбнулся и вскочил на ноги.

* * *

В сущности, на свете был только один человек, который может ей сейчас помочь. И который будет готов ей помочь. Который сделает все, чтобы попытаться ее выручить, и не потребует взамен никакой награды.

Она дошла пешком до метро «Сокольники».

На аллее, ведущей от метро по направлению к парку, толпилось множество людей. Кто направлялся гулять в Сокольники, кто пришел сделать покупки. Все-таки воскресенье. Сотни ларьков под полосатыми тентами торговали тысячью разнообразных мелочей.

В одной из палаток Таня прикупила солнечные очки – благо, небо оказалось ясным. Солнце, что необычно для осени, распоясалось вовсю и даже пригревало.

Затем Садовникова вышла на обочину и подняла руку.

Таня помнила, как отчим рассказывал ей о шпионской уловке: никогда не садиться в первое же такси, и потому погрузилась в третье. Третью машину она выбрала и потому, что водитель там оказался самым симпатичным. Сторговались доехать до «ВДНХ» за сто рублей.