Кролики и удавы. Созвездие Козлотура. Детство Чика (сборник)

Если они слишком долго не являлись на водопой, он стряхивал с себя песок, напивался воды и, охладив в ней свою раскаленную шкуру, снова зарывался в ненавистный песок.

Однажды на этот водопой прискакал Находчивый. С тех далеких времен он тоже страшно изменился. Шерсть на нем свалялась, правое ухо он разрезал о кактус, и оно у него раздвоилось, как ласточкин хвост. Тело его так опало, что можно было пересчитывать каждое ребрышко, что, кстати говоря, удав машинально и сделал.

– Привет предателю, – сказал он, выпрастывая голову из песка и отряхивая ее.

Находчивый перестал лакать воду и обернулся.

– Что это еще за Удав-Пустынник? – спросил кролик, без всякой боязни глядя на удава. К сожалению, смелость слишком часто бывает следствием чувства обесцененности жизни, тогда как трусость всегда следствие ложного преувеличения ее ценности.

Кстати, Находчивый, изгнанный из джунглей раньше младого удава, ничего не знал о его судьбе, а в лицо его вообще никогда не видел.

– Не узнаешь? – уныло спросил Удав-Пустынник, понимая, что он должен был сильно измениться за это время и отнюдь не в лучшую сторону.

– Не имел чести быть знакомым, – равнодушно отвечал Находчивый и уже собирался было ускакать, но остановился, заинтересованный словами Удава-Пустынника.

– Я из-за тебя потерял родину, то есть место, где я имел прекрасную пищу, – прошипел удав, – из-за твоей подлой песни я вышел на отглот Задумавшегося и кончил изгнанием в пустыню.

– Ах, это ты, рохля, – сказал Находчивый презрительно, – так тебе и надо.

– Больше всех на свете я ненавижу тебя, предатель проклятый, – процедил Удав-Пустынник, с горькой ненавистью глядя на Находчивого.

– А я, представь, тебя, – ответил Находчивый. – Да, я сделал грех, предав своего же брата-кролика. Но ты, болван, не смог как следует воспользоваться моим предательством и тем самым как бы лишил его смысла. Что может быть унизительнее для предавшего, чем сознание того, что его предательством не смогли как следует воспользоваться?

– Ненавижу, – повторил Удав-Пустынник.

– Мне наплевать на твою ненависть, – сказал Находчивый. – Здесь, в пустыне, негде пастись и поневоле остается много времени на раздумья…

– И до чего же ты, подлец, додумался? – спросил удав, слегка придвигаясь к нему.

– До многого, – отвечал Находчивый, не обращая внимания на движение удава. – Я понял тайну предательства.