Медленной шлюпкой в Китай (сборник)

 – Почему ты думаешь, что я на такое способен?

– Не знаю.

Казалось, ее голос сейчас угаснет. Я взял ее за руки, посадил на скамейку, сам уселся рядом. Она вытянула ноги и пристально смотрела на носки белых туфелек.

– Почему ты подумала, что я это сделал нарочно? – еще раз спросил я.

– Думала, ты рассердился.

– Рассердился?!

– Да.

– Почему?

– Ну… я ведь сказала, что пора домой.

– Что со мной станет, если я буду сердиться всякий раз, когда девчонка уходит домой?

– Или же тебе со мной было неинтересно.

– Да ну! Это же я тебя пригласил.

– Но было скучно. Правда?

– Ничего не скучно. Очень даже интересно. Я не вру.

– Врешь. Разве со мной может быть интересно? Тебе, наверное, очень хотелось ошибиться, вот ты и ошибся.

Я вздохнул.

– Не бери в голову, – сказала она. – Со мной так не в первый раз. Боюсь, что и не в последний.

Из ее глаз скатились на куртку две слезинки.

Как быть, я представить себе не мог. Мы просто сидели и молчали дальше. Миновало несколько поездов, выплевывая на перрон пассажиров.

– Оставь меня, пожалуйста.

Я молчал, не в силах что-либо сказать.

– Нет, правда, – продолжала она. – Если честно, мне было с тобой очень приятно. Давно так не было. Поэтому приятно вдвойне. Хотелось верить, что все будет хорошо. Даже когда ты посадил меня не в тот поезд, я подумала: ну и ладно. Какая-нибудь ошибка, а ты…

Она замолчала. Слезы капали на куртку, на ткани расплывались темные пятна.

– Но когда поезд проехал Токийскую станцию, мне все стало противно. Я не хочу, чтобы со мной так обходились. Я не хочу видеть сны.

Так долго она говорила впервые. А когда замолчала, между нами повисла долгая пауза.

– Извини, я был не прав.

Леденящий ночной ветер растрепал вечерний выпуск газеты и погнал ее на край платформы.

Моя соседка откинула намокшую от слез челку вбок и улыбнулась:

– Ладно. Если разобраться, меня здесь быть не должно.

Здесь – это где? В Японии или на блуждающей в мрачном космосе глыбе гранита – я не знал. Я молча взял ее руки и положил себе на колени, мягко прижав своими. Ладони у нее были теплые и влажные. От этого тепла растаяли какие-то давние воспоминания. И я решительно заговорил:

– Слушай, может нам попробовать начать все с начала? Действительно – я тебя почти не знаю. Но хочу узнать. И мне кажется, чем глубже я тебя узнаю, тем больше ты мне будешь нравиться.