Виллет

По привычке выражать восторг девчачьим способом она собралась чмокнуть меня в щеку, но я ее опередила, удержав на расстоянии вытянутой руки, чтобы лучше рассмотреть:

– Подождите! Давайте для начала выясним источник средств для подобного великолепия.

Сознание собственного очарования похоже, отключило ее слух, поскольку, словно не расслышав вопроса, она спросила:

– Как я выгляжу?

– Вполне достойно.

Мисс Фэншо сочла похвалу недостаточно пылкой и решила привлечь мое внимание к деталям туалета:

– Взгляните на этот parure[45 - Гарнитур (фр.

– Да, очень красиво и явно дорого. Эти украшения купил месье Бассомпьер?

– Дядюшка? Да вы что!

– Тогда подарила миссис Чолмондейли?

– Ничего подобного. Она стала жадной и скаредной – больше ничего мне не дарит.

Я не стала расспрашивать и резко отвернулась.

– Ну же, мудрая старушка, милый Диоген (она меня так называла, когда наши мнения не совпадали), что случилось?

– Извольте убраться с глаз долой: не желаю вас больше видеть.

На миг она застыла в изумлении.

– В чем дело, матушка Строгость? Я не залезла в долги – ни за драгоценности, ни за букет, ни за перчатки. Платье не оплачено, но его стоимость будет включена в общий счет, и дядя заплатит. Он никогда не вникает в подробности, а смотрит на конечную сумму, к тому же настолько богат, что не стоит беспокоиться о нескольких лишних гинеях.

– Вы уйдете наконец? Я хочу закрыть дверь… Джиневра, кому-то этот бальный наряд, возможно, и покажется роскошным, но для меня вы никогда не будете так очаровательны, как в простом ситцевом платье и соломенной шляпе, в которых я видела вас на корабле.

– Далеко не все разделяют ваши пуританские взгляды, – буркнула мисс Фэншо. – К тому же меня вы отчитывать не имеете права.

– Несомненно, мои права ничтожны, но еще меньше ваше право являться ко мне, красоваться и хвастаться. Вы как сойка в чужих перьях, и я к ним не испытываю ни малейшего уважения, особенно к тем блестящим камням, которые вы называете гарнитуром.

– On est-l? pour Mademoiselle Fanshawe![46 - Экипаж для мадемуазель Фэншо! (фр.)] – объявила привратница, и Джиневра упорхнула.

Загадка украшений сохранялась два-три дня, а потом кокетка опять пришла ко мне.

– Незачем на меня сердиться: я никого не ввергаю в долги.