Как стать леди

– Видите, это список для приема в начале августа, – сказала ее светлость, почесывая тупым концом карандаша изящный носик. – Ко мне приедет Уолдерхерст. Мне нравится принимать Уолдерхерста. Стоит ему войти в комнату, как дамы начинают манерничать и принимают томный вид, кроме тех, кто затевает интересные разговоры, чтобы привлечь его внимание. И все это в надежде женить его на себе. Если б он был мормоном, то мог бы завести себе целую толпу маркиз Уолдерхерст всех возможных фасонов и размеров.

– Полагаю, – сказала Эмили, – он очень любил первую жену и не намерен жениться снова.

– Да не любил он ее вовсе, не больше, чем какую-нибудь горничную! Просто надо было жениться, что его весьма раздражало. Поскольку бедняжка умерла, он считает своим долгом жениться снова, но ненавидит саму мысль об этом. Это довольно вялый тип, он не выносит, когда вокруг него суетятся жаждущие любви женщины.

Они продолжали листать книгу посетителей и обсуждать людей и даты. Наконец список был составлен, приглашения написаны, и Эмили собралась уходить.

– Эмили, я намерена попросить вас прибыть в Моллоуи второго числа. Хочу, чтобы вы помогли мне позаботиться о гостях и о том, чтобы они не наскучили мне и друг другу, хотя то, что они могут наскучить друг другу, заботит меня и вполовину меньше того, что они могут наскучить мне. Мне нужна возможность уйти и передохнуть немного в любое удобное для меня время. Не собираюсь их развлекать.

Эмили Фокс-Ситон залилась краской, глаза ее загорелись.

– О, леди Мария, вы так добры! – воскликнула она. – Я была бы счастлива! Я так много слышала о Моллоуи. Все говорят, что он прекрасен, и что таких садов во всей Англии не найти!

– Действительно, сады хороши. Мой муж был помешан на розах. Вы можете воспользоваться поездом в 2.30 от Паддингтона, приедете как раз к чаю на лужайке.

Эмили расцеловала бы леди Марию, если б они были в тех отношениях, которые дозволяют проявлять привязанность. С таким же успехом она могла бы расцеловать дворецкого, когда он как-то за ужином склонился к ней и сдержанно-доверительно прошептал: «Портвейн или шерри, мисс?» Бибсуорт был бы поражен не менее леди Марии и наверняка бы удалился в ужасе и негодовании.

Садясь в омнибус, она сияла от восторга, который красит любую женщину.