Как стать леди

Эмили была общительной, но жила вдали от подходящих собеседников, так что даже болтовня с Джейн и миссис Купп доставляла ей удовольствие. Они не распускали сплетен и не совали нос в чужие дела, и Эмили считала их своими подругами. Как-то раз она заболела, пролежала в постели целую неделю и вдруг поняла, что у нее нет никого из близких, и что если ей придется умирать, то напоследок ей суждено лицезреть лишь миссис Купп и Джейн. В ту ночь она даже немного поплакала, но потом сказала себе, что в таких печальных мыслях следует винить высокую температуру и общую слабость.

– Из-за этого приглашения я и хотела с вами, Джейн, поговорить. Видите ли, пора бы нам побеспокоиться о платьях.

– И в самом деле, мисс. Хорошо, что сейчас летние распродажи, не так ли? Вчера я видела хлопок чудесных расцветок. И такой дешевый! Для загородного отдыха будет в самый раз. И потом, ведь у вас есть новое чесучовое платье с голубым воротником и кушаком, оно вам так идет!

– Я думаю, чесуча всегда выглядит свежо, – заметила Эмили.

 – А еще я видела действительно симпатичный маленький бежевый ток из соломки, мягкой такой, за три фунта одиннадцать пенсов. Если его украсить голубым шифоном и декоративной строчкой, будет смотреться замечательно.

Руки у нее были ловкие, и она часто мастерила чудесные вещички с помощью пресловутых шифона и декоративной строчки, а еще из льна, муслина да обрезков купленного на распродаже кружева. Они с Джейн довольно весело провели весь день в совместных размышлениях о том, как еще разнообразить ее скудный гардероб, и пришли к выводу, что коричневую юбку вполне можно перелицевать, а если к жакету сделать новые лацканы и воротник, а еще соорудить жабо из светло-бежевого кружева, костюм будет выглядеть как новенький! Еще можно переделать черное вечернее платье, которое в прошлом году ей подарила одна из дам.

У Эмили свежий цвет лица, белые плечи, черное ей пойдет как нельзя лучше. Есть еще белое платье, которое надо отправить в чистку, и старое розовое – оно очень широкое, но если его дополнить кружевом, получится чудесно.

– Что ж, полагаю, с платьями к ужину у меня все в порядке, – сказала Эмили. – В конце концов, никто и не ждет, что я буду каждый день надевать новое. Если вообще кто-либо обратит на меня внимание.

Она не осознавала ни степени своего смирения, ни ангельского простодушия. На самом деле она никогда и не размышляла о качествах, присущих ей самой, предпочитая рассуждать о восхищавших ее качествах других людей.