Хвост виляет собакой

Настоящая, что называется, мегера. Я бы назвал ее стервой. Если жена так разговаривает с мужем, ее нужно воспитывать, если вы понимаете, о чем я. Но это не мое дело. Я просто вожу машину, я не критикую.

Мэгги выходит с Кеннетом Браной. Они останавливаются и недолго разговаривают. Мне их не слышно, но видно, что между ними есть некая теплота и близость. Она прикасается к его руке. Она смеется своим заливистым смехом. Он целует ее в щеку, ее тело прижимается к его телу и задерживается достаточно долго, чтобы он ее почувствовал.

Я должен быть спокоен. Я стараюсь. Я держу дверь открытой для нее и ничего не говорю. Когда мы едем по Сансет, она ставит диск в проигрыватель. Не кантри. Классика. Делает погромче. Потом говорит:

– Не смотри на меня так.

– Как?

– Как будто ты мне отец или муж.

– Я не отец и не муж, – говорю я.

– Вот именно.

– Ты взрослая независимая женщина, которая время от времени целует меня на пляже…

– Два раза.

– Да, – говорю я. – Два.

– Нам нужно перестать, Джо.

– У них у всех есть жены, в которых они влюблены. С кем ты, по-твоему, разговариваешь? Хочешь послушать счастливых мужей? У меня есть записи счастливых мужей, которые говорят: «Я люблю свою жену, но она не сосет так, как ты, детка». Однажды я записал жену генерального директора «Даглас Дефенс Индастриз», она говорила тренеру по теннису своей дочери: «Я люблю своего мужа, правда люблю.

– Я к тому, – говорит Мэгги, – что когда он будет снимать следующий фильм, а он собирается снимать еще фильмы, важно, чтобы он помнил о Магдалене Лазло. Например, если он обсуждает с кем-то картину и вскользь упоминает, что было бы неплохо поработать с Магдаленой Лазло. В этом вся суть игры. И если мне придется немного прижаться к нему грудью, чтобы произвести впечатление, я так и сделаю.

– Со мной ты поступаешь так же, Мэгги?

– Иди к черту. Просто отвези меня домой.

На следующее утро она уезжает одна.

Она возвращается где-то в обед. Я сижу на кухне и пытаюсь есть сэндвич, который у меня совсем не вызывает аппетита. Она протягивает мне пакет. Внутри CD-плеер и четырнадцать дисков Вилли Нельсона. Пока я смотрю на них, она уходит в гостиную. Я слышу, как играет альбом Stardust. Это не кантри, но это Вилли.