Дейзи Джонс & The Six

1947) – американская художница-скульптор, прославившаяся созданием гипсовых слепков пенисов и грудей знаменитостей, за что и получила прозвание «гипсолитейщица» (the Caster Plaster). В 1960-е гг. она была типичной групи, сопровождавшей рок-музыкантов в гастрольных турах. – Прим. перев.] или The GTOs[4 - The GTOs – американская рок-группа, образовавшаяся в 1968 г. в Лос-Анджелесе и состоявшая из семи девушек-групи. – Прим. перев.], – которые вовсе не считали, что ими пользуются. Уж это им виднее. Но для меня по первости выходило одно только разочарование.

Девственность я потеряла с одним… впрочем, уже не важно, с кем. Он был меня старше, играл в одной группе на барабанах. Мы оказались в вестибюле Riot House, и он пригласил меня подняться к нему, занюхать по «дорожке». Сказал, что я – девушка его мечты.

Меня влекло к нему, скорее потому, что он мною заинтересовался. Мне хотелось, чтобы кто-то выделил меня из толпы, увидел во мне нечто особенное. Тогда я просто отчаянно стремилась завоевать чье-то внимание.

Прежде чем я поняла, что происходит, мы оказались у него на кровати. Он спросил, сознаю ли я, что делаю, и я ответила «да», притом что правильно было бы, конечно, ответить «нет». Но тогда все вокруг только и говорили, что о свободной любви, о том, какая классная штука секс. И если ты по-настоящему крут, если по-настоящему «в струе», то непременно должен был любить заниматься сексом.

Все это время я пролежала, глядя в потолок и ожидая, когда же он закончит. Я знала, что должна бы при этом как-то двигаться, однако оставалась абсолютно неподвижной, боясь пошевелиться.

Я совершенно не представляла, что я делаю и зачем вообще делаю то, чего мне делать ну совсем не хочется. Хотя сейчас, учитывая, сколько сеансов психотерапии прошло в моей жизни – а психотерапии у меня было предостаточно, – я все это понимаю. И ясно вижу, что со мной тогда происходило. Мне хотелось крутиться возле всех этих мужчин – этих рок-звезд, – потому что я не представляла, как еще о себе заявить, как сделаться для людей значимой.

Кончив наконец, он поднялся. Я расправила на себе платье. И он сказал:

– Если хочешь вернуться к своим друзьям, то все нормально.

На самом деле у меня там не было никаких друзей. Но я поняла: он имеет в виду, что я должна уйти. Что я и сделала.