Вальс на прощание

Ах, если бы хоть этот человек, проявивший к нему тогда столь безграничную симпатию, был еще на курорте! Клима мысленно обратился к его образу как к спасению, ибо в минуты, какие переживал он, нет ничего более желанного для мужчины, чем дружеское понимание другого мужчины.

Он снова вернулся в театрик и заглянул к привратнику. Заказал междугородний телефонный разговор. Вскоре услышал в трубке ее голос. Сказал, что приедет к ней завтра. Ни словом не обмолвился о новости, какую она сообщила ему несколькими часами раньше.

Он спросил вскользь:

– Американец еще на курорте?

– Да, здесь, – сказала Ружена.

У него отлегло от сердца, и он уже чуть веселее повторил, что никак не дождется их встречи.

– Как ты одета? – спросил он затем.

– Почему ты спрашиваешь?

Он уже много лет успешно пользовался этим трюком, флиртуя с женщинами по телефону.

– Хочу знать, как ты одета сейчас. Хочу вообразить тебя.

– Я в красном платье.

– Красное наверняка тебе очень к лицу.

– Возможно, – сказала она.

– А под ним?

Она засмеялась.

Да, каждая женщина всегда смеется, когда он об этом спрашивает.

– Какие на тебе трусики?

– Тоже красные.

– Не дождусь, когда тебя в них увижу, – сказал он и простился. Ему казалось, что он нашел правильный тон. На минуту стало легче, но только на минуту. Он почувствовал, что не способен ни о чем думать, кроме Ружены, и что сегодняшние разговоры с женой придется свести к минимуму.

8

Хотя красота Камилы Климовой затмевала ее болезненность, больной она все-таки была. По причине слабого здоровья несколько лет назад ей пришлось расстаться с певческой карьерой, в свое время приведшей ее в объятия нынешнего супруга.

Красивую молодую женщину, привыкшую к поклонению, внезапно обдало вонью больничной карболки. Ей казалось, что между ее миром и миром мужа простираются теперь горные цепи.

Когда в такие минуты Клима видел ее печальное лицо, у него разрывалось сердце, и он протягивал к ней (поверх этих вымышленных гор) руки, полные любви. Камила поняла, что в ее печали – нежданная сила, которая влечет Климу, умиляет его и доводит до слез. И потому неудивительно, что она стала (возможно, даже неосознанно, но тем чаще) прибегать к этому внезапно найденному инструменту.