Лихо

Сколопендра шевельнулась. Будто ожила.

– Да, – выдохнул Выдрин. – А что случилось?

– Не делайте, пожалуйста, резких движений, держите руки на виду, – сказал Шмурнов.

– Я не делаю, держу. А в чем дело?

– Где он? – спросил Черненко, глядя исподлобья.

– Кто?

Выдрин подумал о своем дошираке.

– Не надо прикидываться дураком, – добавил Шмурнов. – Ведь все равно никуда не денется. А вас привлечем за укрывательство.

– Да о ком речь-то? Объясните мне.

Он вспомнил своего спившегося друга Диму. Тот лежал в дурдоме.

Потом вспомнил бывшего тестя, страдающего недержанием кишечных газов. Страдающего ли? Тот жил в области. О ком еще может идти речь? Отец умер. Брат эмигрировал. Жена ушла. Директор на прошлой неделе назвал его кретином. Ну и жизнь.

– Проверить помещения, – скомандовал Черненко. – А вы стойте на месте, Выдрин.

В квартире было две комнаты. В одну зашел Шмурнов. В другую Синявский. Черненко продолжал не мигая глядеть из-под брови. Выдрину было смешно и страшно.

– Извините, – пробормотал он.

 – Но я и правда не понимаю, что происходит. Вы не могли бы объяснить?

– Чуть позже вам все объяснят, – сказал Черненко.

– Здесь! – раздался из спальни юношеский голос Синявского. – Он тут, тут!

– Идемте.

Из гостиной вышел Шмурнов, почесывая нос дулом пистолета.

– Убери, – сказал Черненко.

Они зашли в спальню. Синявский показывал пальцем на кровать.

– Вот он, голубчик, дрыхнет. А я говорил, они днем дрыхнут, а ночью бесятся.

– Фу, какой мерзкий, – скривился Шмурнов.

Выдрину стало обидно. «Козел», – подумал он.

Посреди кровати, свернувшись калачиком, спал выдринский кот Диего породы донской сфинкс, похожий одновременно на рептилию и старичка.

– Игорь, понятых! – скомандовал Черненко.

Радостно засопев, Синявский вышел. Шмурнов наклонился к коту и громко сказал:

– Встать!

Диего приоткрыл недовольные зеленые глаза.

– Управление «Ч», – продолжал Шмурнов. – Вы задержаны!

Выдрин захохотал. Черненко повернулся к нему и спросил сквозь зубы:

– Что смешного, Выдрин?

– Ну, это… Это шутка? Розыгрыш?

– Обхохочешься скоро, – ответил Шмурнов, выпрямляясь.

– Кем вы приходитесь задержанному? – осведомился Черненко.

– Он мой кот, – ответил растерянно Выдрин.

– Кем ему приходитесь вы? То, что он кот, мы видим.

– Так это… Он тут у меня живет… Я его хозяин вроде как…

– Нет такого юридического статуса «хозяин», только при рабовладельческом строе, – сказал Черненко.