Узник неба

– Покориться ярму национал-католицизма, использовать его лукавые приемы обольщения, выставляя всякие статуэтки и подыгрывая слащавым легендам, не представляется мне решением проблемы, – высказался Фермин.

– Не говорите чепухи, Фермин. Это красивая традиция. Людям приятно видеть вертепы в Рождество, – отрезал отец. – Букинистическому магазину недостает ярких красок, капельки радости, что совершенно необходимо в праздничные дни. Посмотрите на другие магазины в квартале – и вы поймете, что наш в сравнении с ними выглядит как похоронное бюро.

Давайте пособите мне поднять вертеп на витрину. И уберите с подиума кипы законов Мендисабаля о дезамортизации[14 - Хуан Альварес Мендисабаль (1790–1853) – испанский политик, участник буржуазных революций. Занимая пост министра финансов, проводил политику дезамортизации, т. е. распродажи земель, принадлежавших церкви.], которые распугивают покупателей.

– Приехали, – пробормотал Фермин.

Втроем нам удалось втащить ясли в витрину и расставить фигурки по местам.

Фермин помогал неохотно, хмурился и пользовался любым предлогом, чтобы выразить свое несогласие с затеей.

– Сеньор Семпере, не в обиду вам, но младенец Иисус в три раза больше своего мнимого папаши и с трудом помещается в колыбели.

– Ничего страшного. Фигурки поменьше на базаре закончились.

– Мне кажется, или около Пречистой Девы действительно пристроился японский борец из тех, у кого проблемы с лишним весом, прилизанные волосы и трусы, обмотанные вокруг пояса?

– Борцы сумо, – подсказал я.

– Именно, – согласился Фермин.

Отец со вздохом покачал головой.

– А еще посмотрите на его глаза. Похоже, что он одержимый.

– Ради Бога, Фермин, немедленно замолчите и подсоедините вертеп к сети, – велел отец, протягивая ему провод.

Фермин, в очередной раз продемонстрировав чудеса ловкости, ухитрился проскользнуть под возвышением, на котором стояли ясли, и дотянулся до розетки, находившейся в конце прилавка.

– Да будет свет, – провозгласил отец, с воодушевлением созерцая новый сверкающий вертеп букинистической лавки «Семпере и сыновья».

 – Обновление или смерть, – с удовлетворением добавил он.

– Смерть, – буркнул Фермин себе под нос.

Не прошло и минуты с момента торжественного подключения иллюминации, как мамочка с тремя детьми остановилась у витрины, чтобы полюбоваться на ясли. Затем, поколебавшись немного, она отважилась войти в магазин.

– Добрый день, – поздоровалась она.