Богач, бедняк. Нищий, вор

 – Я даже пожалел, что слишком стар для танцев.

Рудольф мысленно одобрил это признание. Ему казалось нелепым и даже неприличным, когда люди старше тридцати танцуют. И снова почувствовал себя виноватым: опять ему что-то понравилось в Бойлене. Хорошо, что Бойлен по крайней мере не танцевал с Гретхен, не превратил себя и ее в посмешище. Когда старики танцуют с молоденькими, это уж совсем отвратительно.

– А вы, мисс?.. – И Бойлен умолк, дожидаясь, чтобы кто-нибудь из них произнес ее имя.

– Джули, – сказала она.

– А дальше как?

– Джули Хорнберг, – вызывающе произнесла она, стесняясь своей фамилии.

– Хорнберг? – повторил Бойлен. – Я знаю вашего отца?

– Мы совсем недавно переехали в этот город, – сказала Джули.

– Он работает у меня?

– Нет, – сказала Джули.

Победа! Было бы как-то унизительно, если бы мистер Хорнберг оказался тоже его вассалом. Хоть он и Бойлен, а не все ему подвластно.

– Вы тоже музыкантша, Джули? – спросил Бойлен.

– Нет, – к удивлению Рудольфа, сказала она.

– Вы очень милы, Джули, – сказал он, посмотрев на девушку. – Глядя на вас, я радуюсь, что хотя бы еще не слишком стар, чтобы целоваться.

Старый грязный бабник, подумал Рудольф, нервно сжимая футляр с трубой. Ему хотелось попросить Бойлена остановить машину, но пешком они с Джули доберутся до города не раньше четырех часов утра. Он с горечью отметил про себя, что практичен даже тогда, когда дело касается его чести.

– Э-э… Рудольф… Тебя ведь зовут Рудольф, верно? – повернулся к нему Бойлен.

– Да. – У его сестрицы вода во рту не удержится!

– Ты собираешься стать профессиональным трубачом? – Бойлен задал этот вопрос тоном доброжелательного пожилого наставника.

– Нет. Я для этого не настолько хорошо играю.

– Что ж, разумно, – согласился Бойлен. – У музыкантов собачья жизнь. К тому же приходится якшаться со всякими подонками.

– Ну, в этом я не уверен, – возразил Рудольф.

– Кто знает?

– Они артисты, – сухо сказала Джули.

– Одно другому не мешает, детка, – тихо рассмеялся Бойлен и снова обратился к Рудольфу: – Какие же у тебя планы?

– На сегодня? – Рудольф понимал, что Бойлен имел в виду карьеру, но он не собирался рассказывать Бойлену о себе.