Стеклянный занавес

– С Богом не шути! Говорят, один баклан сделал у ювелира Христу на кресте глазки из брюликов, чтоб Христос видел, как баклан поднялся,?– подмигнул шкаф.?– Так его через неделю отпели! А почём будет портрет меня с вами в ресторане повесить?

– Рядом с портретом попа-рэкетира? – строго спросила Валя.

– Нет базара! Подставлять Горяева за копейки не будем, дело житейское,?– закивал он.?– А малипусенькую встречку с ним никак нельзя?

– Звоните в приёмную,?– посоветовала Валя.

– Телефончик напишете? – осклабился он.

– В Госдуме есть справочная служба.

– Не прогнул,?– покачал он головой.?– Думал, договоримся, не в накладе останетесь.

После чего встал и, не прощаясь, двинулся к своему столику.

– А с виду простой, как три рубля,?– заметила Вика и вдруг завопила: – Ой, смотри-смотри! Как они их сидеть заставили?!

Четыре официанта под восхищённые крики гостей ввозили свадебный торт величиной со стол, по углам которого сидели четыре замерших лебедя.

– Успокоительным накололи!!! – вопила Вика.

Гости неистовствовали на тему лебедей, жених сиял, невеста провожала их усталым токсикозным взором. Но по мере приближения торта возбуждение ослабевало. Лебеди оказались ювелирно сделанными из безе в натуральную величину.

– Как придумано, как придумано? – зашипел над Валиным ухом счастливый Спицын.?– Про безе забудут, в памяти останутся живые лебеди на торте! НЛП!

– Что? – переспросила Валя.

– Нейролингвистическое программирование! – расшифровал он.

– Это новая ветвь разводилова,?– шепнула Вика.?– Как двадцать пятый кадр! Зачем ему НЛП, и так без мыла везде влезет.

Пока ехали домой, говорили о новой квартире.

– Про биде я серьезно,?– настаивала Вика.?– Без биде теперь только нищеброды.

– Мать в нём будет Шарику лапы мыть после прогулки.

– А в большой комнате под пальму рояль! Вечера замутим, селебрити нагоним… Жизнь даётся человеку один раз, и надо прожить её с биде и роялем!

И снова всё это выглядело словно метро взорвали в далёком чужом городе.

До Сони Валя не дозвонилась. Не отвечал ни один телефон. Ночью в суматохе укладывали вещи. Мать втюхивала «торбочку почаёвничать» – пакет с чаем, пряниками, баночкой мёда.

– Бабуль, нас переводчик сразу в кабак потащит! Это ж Швеция! – уняла её Вика.

– Можешь хоть в Швецию съездить без дурацких очков? – попросила Валя.

Выходя из дома, Вика по-прежнему напяливала для важности очки с простыми стёклами.